Автор
Двадцатые годы прошлого века. НЭП. Сергей Олегович Травин, агент угро, направлен на хозяйственную работу в провинциальный городок, который сотрясает череда разбойных нападений.Как известно, оперов бывших не бывает, поэтому Травин оказывается в гуще событий…
Только когда собирался уходить, заметил, что у одного края подоконника в гостиной нет пыли. И краска между рамой и подоконником как-то странно нанесена, уж очень зазор большой.
Массивная доска, казалось, прочно лежала на своем месте, но стоило немного пошатать ее, поддалась и приподнялась. Когда-то здесь был холодильник, в котором хранили продукты зимой, расстояние между внешней стеной и внутренней, на которой висели чугунные батареи парового отопления, было сантиметров двадцать. Часть этого пространства занимали трубы, а в самом углу, как раз там, где доска поднималась, на полу стоял чемоданчик.
В чемоданчике лежали пачки денег, навскидку — около шестидесяти тысяч рублей, банкнотами по три червонца. Это можно было списать на характер деятельности обитателей квартиры, а вот пистолет, который лежал рядом с деньгами, — нет. Точно такой же «кольт детектив спешиал», какой они весной у Крапленого на малине нашли. Из пистолета стреляли, но достаточно давно, Сергей положил кольт на место, закрыл чемоданчик и поставил его в проем.
Пистолеты начали производить в Америке, которая в это время называлась Североамериканскими Штатами, в этом году, первая партия вышла зимой и сразу утекла к контрабандистам — это Артузов Емельянову рассказал, а тот — Сергею. Московское дело взяло себе ОГПУ, и насколько Травин знал, других таких находок пока не было. Значит, Ларин или Рудин, а возможно, оба сразу, определенно с Крапленым были связаны.
Все это Травин высказал Мальцеву, когда заехал к нему после обеда — Дарья куда-то уехала, и весь вечер получался свободен.
— Сами не справимся, — следователь потер пальцами красные от лопнувших сосудов глаза, — свяжусь с уездным ГПУ. То, что ты про кольт этот рассказал, очень важно. Значит, дело политическое, тут милиция нам не помощник, так и так управление к себе заберет.
— Ты меня спрашиваешь? — Сергей усмехнулся. — Я — лицо гражданское, на свой страх и риск действую. То, что я чужую квартиру обшарил, это ведь незаконно.
— Иногда и такое приходится делать, если обстоятельства требуют. Но бумаг тех точно не было?
— Нет, только деньги и пистолет.
— Плохо.
