Чем он тебе так приглянулся, что ты разрешаешь ему тут хозяйничать? Дай угадаю, словечко замолвил, чтобы тебя на место начальника назначили, хоть и временно?
Матюшкин неуверенно кивнул, он старался понять, куда Травин клонит.
— То-то и оно, сегодня товарищ Пустовайло колесо снимет, завтра у тебя масла машинного возьмет бидон. Или брал уже? Брал, по глазам вижу. Железяк и просто вещичек у тебя тут полезных много, все в хозяйстве пригодятся. А потом, когда тащить уже опасно будет, пойдет в уголовный розыск и скажет, так, мол, и так, чувствует он, товарищ Пустовайло, что нечисто что-то у некоего Матюшкина на душе, а точнее, на складе, вещички пропадают подотчетные.
Налицо расхищение народного добра. И поедет Ваня Матюшкин по этапу лет на пять, а если что важное пропадет, то и на десять.
— Как же так? — Матюшкин затравленно оглянулся. — Я ж… Он же обещал, что отдаст.
— Отдавал?
— Нет.
— Вот я и говорю, дурак ты, Ваня, подумай своей головой, кому поверят — партийному секретарю или слесарю из мещан.
Ладно, пойду, дела у меня еще есть.
— А что с ним делать?
— Полежит немного, отдохнет, потом очнется. Если плохо будет помнить, что произошло, скажешь, что мотоцикл на него упал. Или сознание потерял внезапно, от непосильных трудов.
— Ну а если вспомнит, не ровен час?
— Отбрехаюсь, — Сергей усмехнулся. — Дальше Сибири не сошлют, и там люди живут кое-как и не тужат.
Он проверил свечу, уровень масла, вывел мотоцикл на площадку перед гаражом, уже там завел, заполнив свободное пространство сизым дымом.
И выехал на улицу, распугивая кур и прохожих. Время шло к вечеру, народа на улице было немного, так что выехал из города Сергей практически без происшествий. С косыми взглядами в спину и проклятиями владельцев телег, чьи лошади очень нервно относились к ревущей новомодной технике, он проехал несколько километров по тракту, убедился, что из свидетелей только одна гужевая повозка, спускающаяся с пригорка, и увел мотоцикл в небольшую рощицу.
Травина все больше беспокоил оставшийся на воле член банды. Останься Сергей в общежитии, куда разным бородатым мужикам со стороны просто так не проникнуть, риск был бы значительно меньше, но в пустом доме, в одиночестве, ждать незваного гостя, вооружившись молотком или того хуже с куском перил, он не собирался.