Автор
В марте 1927 года в Москве начинается катаклизм: отец девочки Рогожского уезда приказал отправить ее обратно к бабушке, оставив без денег и крыши над головой. Управляющий домом молодой парень Семён управляет семейным особняком, но его новая хозяйка — сирота-подросток — начинает вызывать хаос в этом мире. Атмосфера книги — это непреодолимый гнет и холодный расчет, ощущаемые под бушующей экономической кризисой....
Внушительный рост и кровавое пятно на рубахе сэкономили ему минимум несколько дней — работники коммунхоза старались побыстрее отвязаться от коллеги и, если первый раз просто отсылали к другому бюрократу, то, когда Травин возвращался и сверху вниз, положив пудовые кулаки на стол, печально смотрел на советского чиновника, выдавали все что положено, и даже больше.
— Вижу, ты уже управился, — Кац наконец появился в коммунхозотделе, довольный и благодушный. — Давай, показывай, что там эти гаврики понадавали.
Он окинул взглядом кипу бумаги, которую держал в руках Сергей, и поморщился.
— Нет, не пойдет, — заявил он. — Что это за бюрократия такая, товарищ Травин? Ты у нас управдом на три восьмых ставки, а книг отчетных набрал, словно на две или три. Бросай мне на стол все это недоразумение и печать сюда давай, нечего еще и частников к этому делу привлекать. Кассовые ордера будешь лично от меня получать, накладные на склад — тоже. Вот эти бланки оставь, будешь раз в неделю писать, что действительно нужно, и отдавать лично мне в руки, тогда и по фондам начнем искать.
Травин молча протянул Кацу лист со списком деталей, который составил, пока ходил из кабинета в кабинет, тот так же молча заверил его своей подписью, поставил тот штемпель, который отобрал у Сергея.
— На склад пойдешь, там тебе все выдадут.
— Нет. Тихо там.
— Боятся тебя, верно, — Лев Аверьянович хохотнул. — Вон какой здоровый, призрака схарчишь, тот и дернуться не успеет. К тому же призрак — лицо незарегистрированное, в доме проживать права не имеет. Домовую книгу получил? Вот, не забудь сам прописаться.
— А если еще кто жить попросится? Думаю, помощников найти, некоторые вещи сподручнее вдвоем-втроем делать.
— Ты же инспектор, порядок знаешь. Койко-место в неликвидном фонде пять рублей, комната целиком — пятнадцать, дети бесплатно.
Кац открыл бумажник, достал три червонца. Из бумажника выпала фотография человека в форме НКВД.
— Сын?
— Племянник, в Белорусской ССР служит, — по виду начальника коммунхозотдела было видно, что он этим фактом недоволен.
