— Я все ещё не чувствую твой дар, но он у тебя есть, — тихо сказал Дэрек Вере на ухо. — Есть. И, как ни странно, это ментальный дар. Потому что только так можно заблокировать или отразить чужой удар эмоциями. Только ментальная магия против ментальной. Никак иначе.
— И что теперь? — шепот, скрывающий сиплость голоса. Обреченность, особенно ощутимая сейчас, пока объятия не распались.
— Если бы ты собиралась остаться в Эвлонте, стала бы самой драгоценной и желанной невестой, — честно ответил Дэрек. — Но в нашем случае об особенностях твоего дара не должны знать.
Она отстранилась, вскинула голову и посмотрела ему в лицо.
— Ты хочешь сохранить это в тайне? — удивленно спросила девушка.
— Конечно. Иначе тебя в самом деле не отпустят домой, а я пообещал вернуть тебя на Землю.
Она просияла, поцеловала его в щеку и снова обняла.
— Господи, спасибо, что послал мне такого дракона! — с чувством выпалила Вера.
Знакомство с Корвином Алистером, на которое я не рассчитывала, прошло ещё хуже, чем могло присниться в самом страшном кошмаре. Я видела стрелы эмоций и понимала, что это такое. Знала, как защититься, как защитить Дэрека, попытавшегося прикрыть меня. Я сделала все правильно, но удар, ровно тот, который предназначался мне, пришелся по самому старшему Алистеру.
Нет смысла скрывать, лукавить и приукрашивать действительность. После вечера в беседке, когда я прочувствовала рассказ Дэрека, ловя отголоски его эмоций, мне очень хотелось влепить его отцу пощечину и вставить мозги на место! Но не так ударить, как вышло. Это… Это удар ниже пояса, нечто недостойное, хотя и использовалось именно то оружие, которым славится противник.
Вообще-то, положа руку на сердце, стоило признать, что это был справедливый ответ. «Как аукнется, так и откликнется», «попробуй сам, каково нам», «долг платежом красен» и прочие поговорки подтверждали кармическую правильность отраженного удара, но чувствовала я себя все равно премерзко. Я ведь знала, что ударила беззащитного. У старшего Алистера не было ни малейшего шанса закрыться или смягчить удар.
Ожидая Дэрека в беседке, пыталась придумать хорошие слова, чтобы полней выразить сердечность раскаяния. Но довольно скоро оставила эту бесполезную затею. Дэрек уже не раз поражал меня чуткостью, пониманием и тем, что с ним я могла просто быть собой, не ударяясь в политкорректность и прочие дипломатические изыски. Искренность и открытость с обеих сторон — отличительная черта нашего с ним общения.
Когда наши ладони соединились, а его эмоции стали ещё четче и ярче, я ошеломляюще ясно осознала, что никогда раньше не встречала столь созвучного мне человека. Наслаждаясь медовым теплом, с которым ассоциировалось у меня переплетение эмоций, понимала, что не хочу ссориться с Дэреком.