Автор
Вдоль реки Шексны к Волге, где мир Лизы ограничивался небольшой усадьбой дяди Гавриила Леонтьева, в которую она прилипала как ни хватай. Дядя был занят своими делами, не любившим тратить время на пустые прогулки, но Лиза нашла здесь спокойное укрытие. Няня Ольга Петровна, знающая об их особенности, видела в этом одиноких походах смысл и радость....
Когда бабка в институт поступала, смирила гордость, пошла к Варваре, чтобы профессор Невский слово за нее замолвил. Так Варвара ее с лестницы спустила. Велела больше никогда не приходить. Ну, бабка и не пришла. В институт провалилась, на медсестру выучилась. Ею всю жизнь и проработала."
"– О наследстве Токменевых вы откуда узнали?
– Так от бабки и узнал. Она в детстве любила эту историю вместо сказочки рассказывать. Я, признаться, слушал вполуха, а потом и вовсе забыл. А потом мать, когда ее коммуналку расселяли, бумагу эту нашла.
– А унижали Токменевы, разумеется, вас.
– Не меня, а бабку и ее отца. Ну и что? – взъярился Галкин. – Сначала я стал думать, где вообще это наследство могло быть. Петр его не нашел, сестре оставил. А сестра, как бабка рассказывала, из Рыбинска налегке уезжала.
– …но тут в Рыбинск приехали Невские. И по злой иронии судьбы остановились в отеле, который был открыт в доме, где когда-то жил Петя Токменев, предок Владимира.
– Да. У бабки-то фотографии хранились. Я всю эту белую кость в лицо знал. А Владимир этот – чисто Петр. Просто одно лицо.
– Про картину вы знали?
– Да. Там же Петю тоже легко узнать. Я ее по-тихому даже вынимал из рамы и обследовал. Думал, вдруг в ней тайник какой.
– Вы вернулись в Питер вслед за Невскими.
– Да.
