Автор
Вдоль реки Шексны к Волге, где мир Лизы ограничивался небольшой усадьбой дяди Гавриила Леонтьева, в которую она прилипала как ни хватай. Дядя был занят своими делами, не любившим тратить время на пустые прогулки, но Лиза нашла здесь спокойное укрытие. Няня Ольга Петровна, знающая об их особенности, видела в этом одиноких походах смысл и радость....
В доме гостили жена Владимира Невского Нина и владелец рыбинского отеля Горелов. Михаил разминулся с ними в праздничный вечер просто чудом, но они оба, встретив его, могли начать задавать ненужные вопросы. Как оказался в поселке художников человек, работавший похоронным агентом в Питере и рабочим в Рыбинске? Что он делал в доме Киреевых? И не мог ли иметь отношение к убийству. И Невскую, и Горелова нужно заставить замолчать навсегда…
* * *На следующий день Дорошин и Елена пришли в больницу, чтобы проведать Вадима Горелова.
– К счастью, два последних убийства у этого Галкина сорвались, – сказал Горелов и поцеловал Нину. – Ни за что не согласился бы помереть, так и не завоевав сердце этой прекрасной дамы. А так до свадьбы доживет.
– А что, уже планируется свадьба? – засмеялась Елена Золотарева.
– А что тянуть? Правда, я пока в силу объективных причин не могу встать на одно колено, чтобы сделать предложение по всем правилам, но я обязательно исправлюсь. А пока вот.
Он достал из-под подушки маленькую коробочку и открыл ее. На бархатной подложке лежало красивое кольцо с большущим бриллиантом.
– Узнаю Алину, – рассмеялся Дорошин. – Твоя помощница, Вадим, выполняет даже самые экстравагантные поручения.
– А то, – подмигнул ему Горелов. – Я умею выбирать сотрудников.
Невская покраснела и так сильно смутилась, что у нее даже слезы на глазах выступили.
– Давай мы позже об этом поговорим.
– А почему бы и не сейчас? – настаивал Горелов. – Витю с Леной в свидетели позовем, пока они здесь. Вы ведь приедете к нам на свадьбу, ребята?
– Обязательно приедем, – серьезно сказала Лена. – У нас для вас уже и подарок есть. В семейную коллекцию живописи. Портрет Лизы Токменевой кисти художника Никанорова.
Дорошин с любовью смотрел на свою жену. Только она могла так легко расстаться с картиной, стоимость которой составляла полмиллиона рублей. И только потому, что так правильно.
– Тогда придется соглашаться, – рассмеявшись, сказала Нина, нагнулась и поцеловала Вадима в губы. Крепко-крепко, тот аж задохнулся. – Но не из-за картины.
