Автор
В дверном проеме кружится голова и ноги подкашиваются, как будто ты вылез из волны после мощного шторма. Встряхнувшись, оказываешься в полутёмной комнате с неуловимой хмельной свежестью воздуха. Какого черта? Я точно здесь? Неужели снова пропал в мир мечты?
А что он получает взамен?
Похоже, он ещё не осознал, что раз у него не забрали нож и не пристрелили, то значит и статус в составе команды несколько изменился.
Опустив на него взгляд, объясняю очевидное, скопировав его манеру изъясняться.
— Толб получает жизнь, свободу и шанс убраться отсюда. Этого мало?
Задрав голову, несколько секунд задумчиво смотрит на меня. Потом радостно скалится, демонстрируя жёлтые зубы.
— Толба возьмут с собой? Толб увидит мир? Толб рад!
Обнажённая девушка пытается встать, опираясь на стену и внимание зеленокожего переключается на неё.
— Но Толбу ещё хочется вставить свои гениталии в чью-то тёплую дырку.
На момент зависаю, осмысливая фразу. Потом вспоминаю его вопрос про этот термин, озвученный во время допроса в лесу. И невольно смеюсь. Около стены нервно усмехается Диана, надевшая один из найденных комбинезонов. А вот сам гоблин с подозрением рассматривает нас.
— Толб не понимает, что тут смешного? Естественное желание, как говорил Брет.
Оборвав смех, озвучиваю совет.
— Ты потом спроси у Аннет, что именно означает это слово. А пока лучше присматривай за пленниками.
Корчит обиженную гримасу, но вопросов больше не задаёт. Я же рассматриваю девушку, которая, наконец, выпрямилась и стоит около стены.
На вид лет двадцать с небольшим. Глаза испуганные, на теле полно синяков. а небольшая грудь и впалый живот иссечены шрамами.
Киваю, указывая на неё Диане.
— Помоги ей добраться до стола.
Блондинка с готовностью шагает вперёд, протягивая той левую руку.
Дождавшись, пока они обе окажутся в смежной комнате, шагаю следом. И вижу, как притормаживает освобождённая. С трудом подняв руку, тычет в сидящего за столом мужчину.
— Убейте его! Дайте я сама его убью! Отрежу хозяйство и запихну в глотку!
Житель деревни чуть бледнеет, а я морщусь от громкого голоса.
— Хватит! Убивают тут только по моему приказу. Прижми свой зад и жди вопросов.
Истерика моментально заканчивается и она, шмыгнув носом, бредёт дальше, в конце концов усаживаясь на стул напротив пленника.
Занимаю позицию около торца стола и, секунду помедлив, начинаю говорить.
— У кого-то ещё в деревне есть огнестрел?
Захваченный нами мужчина сразу же трясёт головой.
— Только у вождя и его сыновей. А вы убили их всех.
Это были его сыновья? Похоже, с возрастом местного лидера я немного промахнулся. Либо его отпрыски росли акселератами.
