Автор
Ир перевернулся на дурацкий листок? Теперь у нее новое имя и новый дом. Она даже получила титул - Леди Бэйбери, Графиня Бэйбери. Виктория прячется лицом в ладонях, воспринимая это как неправильное извращение. Месяц назад она жила обычной жизнью, но теперь все变了. Ей приходится терпеть пьяные выходки и гневных речей отца, хотя уже привыкла к этому....
Все, что ей остается, – это соглашаться с ним и надеяться, что человек, который идет к ним, – один из тех, с кем ей необходимо встретиться.
Она медленно повернулась к новоприбывшему. Но обнаружила у себя за спиной не вожделеющего незнакомца… У Виктории задрожали ноги, сердце забилось вдвое быстрее. Это… это…
– Дорогая, разрешите представить вам графа Бэйбери, Джастина Толбота. Бэйбери, это…
– О, я прекрасно знаю, кто это, – сказал Джастин с улыбкой, от которой у Виктории мороз прошел по коже – настолько она была неискренней.
Он намеревался разоблачить ее. Она на последний цент поспорила бы, что это так. Его губы – с того самого момента, как она узнала их вкус, они притягивали ее внимание, проклятая слабость – жестоко изогнулись. Он чувствовал праведный гнев, и это потрясло Викторию до глубины души.
Он не имел права ничего к ней чувствовать, а уж злость или право собственности – меньше всего! Он отказался от этих прав, равно как и от других супружеских обязанностей.
– Рия, – проговорил он тихо и в то же время очень властно, – самая блистательная из куртизанок. Женщина, с которой все мужчины жаждут… – Он замолчал, заменив слово многозначительным взмахом руки. О, эти руки, Виктория помнила их! – Познакомиться, – закончил он сухим, как старые дрова, тоном.
Виктория выдохнула с облегчением: разоблачение откладывается. Вряд ли, конечно, он пошел на это ради нее. Джастин всегда в первую очередь руководствуется только самыми эгоистичными мотивами.
Сент-Джеймс вклинился между ними и принялся что-то бубнить Джастину, но тот не сводил взгляда с Виктории, даже когда отвечал коротышке. Сент-Джеймс, казалось, не в состоянии был заткнуться даже тогда, когда воздух от напряжения сгустился так, что его можно было бы резать ножом, который Виктория на всякий случай прятала в туфельке.
Но на этот раз его болтливость оказалась ей на руку. Джастин не мог подойти слишком близко к ней, и Виктория использовала драгоценные мгновения, чтобы собраться с духом.
Боже, как же он красив! Она изменилась, и она знала это. За три года, что прошли с момента их последней встречи, она пережила страшную сердечную муку. Естественно, девочка, которую он соблазнил, превратилась в совсем другую женщину. Но он остался прежним.
