— Серьёзно?! — воскликнул Эйлар спустя пару секунд замешательства, остановив меня уже у самой двери. — У тебя был поводок?!
— Не поверишь, у меня их два, — оскалилась я. — На случай, если мои пёсики будут плохо себя вести.
И шмыгнула в дверной проём, не дожидаясь реакции.https:// /profile/1972/books
С ужина мы возвращались всей группой — и с Митчеллом на поводке. На все вопросы по этому поводу отвечали, что бедняга проспорил и теперь отбывает соответствующее наказание, а предмет спора, дескать, настолько личный, что мы из жалости к будущей личной жизни Мика не будем раскрывать подробностей. Всю дорогу, вместо того чтобы обсуждать прошедшее испытание, наши сокурсники выдвигали предположения о том, в чём же он проспорил, а сам Митчелл, находясь под действием хорошо сложенного успокаивающего заклятья почти ни на что не реагировал и только загадочно улыбался очередной шутке в свой адрес, завоевав тем самым почти что любовь двух наших девчонок из клана Лоран.
— И долго он будет отбывать у вас наказание? — мурлыкнула Алекс, когда мы подошли к домам и начали расходиться.
— До утра, — улыбнулась я. — Могу передать вам его лично в руки.
— Вместе с ошейничком? — у драконицы загорелись глаза.
— Ошейничек вернётся обратно Элу. Негоже рабу на волю без ошейника выходить.
— Знаешь, ты мне казалась сначала такой нудной задавакой, но… я ошибалась. Ты на самом деле весёлая. И Эл с Ноем поняли это намного быстрее остальных. Уверена, им уже многие завидуют.
Подмигнув, она пошла к себе, но через пару шагов обернулась:
— Скажите Мику, что утром мы ждём его у себя. Приготовим блинчики!
Ого. Блинчики! И это драконы, которые сами готовят только в школе, когда проходят курс самостоятельной жизни, или по особым случаям. Обычно — чтобы проявить особое уважение к гостю. Или… особые чувства.
Перед моим внутренним взором предстали оголённые ягодицы Эйлара, когда он готовил завтрак на мини-печи прямо в моей комнате — и кровь прилила к щекам. Я думала, что он это делает только из чувства долга перед проспоренной ставкой, но на самом деле ничто не мешало ему отказаться, если бы ему показалось, что моё поведение переходит границы.
Помотав головой в попытке стряхнуть смущение и похлопав себя по щекам, я пошла наверх. В гостиной второго этажа уже собрались все участники представления: Митчелл, Алек и близнецы, которые прожигали взглядом моего давнего знакомого и явно не ждали от него ничего хорошего.
— Почему он тут? — сухо спросил Ной, скрестив руки на груди. Эл сидел рядом на самом краю низкого кресла, широко расставив ноги и мрачно глядя на Алека исподлобья.
— Алек сегодня тоже не пойдёт в клуб, и раз уж мы тут собрались, то поможем и ему тоже, — как ни в чём не бывало ответила я.