— Да тебе бы цены не было в какой-нибудь банде воров.
— Это был запасной план.
Забрав своё платье, я собралась было встать, чтобы переодеться, но в ногах после всего пережитого за день уже совсем не осталось сил. От бессилия в горле встал ком.
— Ты в порядке? — Ной потянулся ко мне и, ощупав лоб, убрал за ухо прядь волос.
— Устала. Хочу просто залезть в постель, завернуться в одеяло — и лежать. И завтра лежать весь день. Закрыть шторы, чтобы не видеть ни проблеска солнечного света, только читать в свете настольной лампы, есть печенье и лежать.
Ной с задумчивым видом вздохнул, напряжённо поджал губы, словно о чём-то размышляя. Потом сел рядом, скрестив перед собой ноги, взял меня за локоть и притянул к себе, усадив словно в гнёздышко. Крепко прижал к себе — и я ощутила, как тихо, мягко и тепло потекла между нами сила. Подняла встревоженный взгляд:
— Перестань, ты и сам сегодня чуть живой.
— Ничего со мной не будет. Драконы быстро восстанавливаются.
Я знала, что он преувеличивает. Да, драконы восстанавливаются достаточно быстро, но за день ему уже столько раз пришлось опустошать себя до самого дна, что линии силы должны были повредиться. Не сильно — затянутся сами до утра, — но достаточно, чтобы доставлять мучительную призрачную боль. Боль, которой нет на физическом плане, но которая измучивает.
— Перестань, — слабо произнесла я, но ничего не могла сделать — у меня попросту не было сил. Ной покачивался взад и вперёд, убаюкивая меня, прижимая к себе, и отдавая свою жизненную силу, несмотря на то, что для него это должно быть мучительным испытанием сегодня. Слабость постепенно отступала. От облегчения по щекам покатились слёзы, хотя мне совсем не хотелось плакать. Они катились сами собой и грузно падали на плечо дракона.
— Перестань, — прошептала я. — А то придётся тащить тебя в реанимацию.
— Ты преувеличиваешь. За пару часов в себя приду.
Я схватила его за рубашку чуть ниже горловины и строго посмотрела в глаза:
— Я же вижу, в каком ты состоянии. После такого можно несколько дней восстанавливаться до полного объёма.
— Но ведь ты мне поможешь, — он улыбнулся такой хитрой и развратной улыбкой, что я не удержалась от того, чтобы отвесить ему слабый подзатыльник. Ной рассмеялся: — Что не так? Ты же у нас мастер по части перекачивания силой. А в нашем распоряжении есть самый широкий канал, которым пользоваться не только полезно, но и приятно.
— А не обнаглел ли ты, раб?
— Что ж, — покорно вздохнул он. — Раз госпожа не хочет спасать своего подопечного, придётся ему справляться своими силами.
И снова хитрый взгляд.
— К батарее привяжу, — прорычала я. Ещё он мне тут на любовниц намекать будет!
Хотя, на самом деле, он был прав.