Автор
Взяться, а теперь на кого? В этом мире главный герой — одинокий мужчина, жалкий изгой среди толпы. Наполненный сомнениями и надеждами, он привык искать защиту, но в этот раз никто не придет ему на помощь. Сюжет затянут в паутину невзгод и случайностей, но герой не теряет веры в светлое будущее....
Хорошо, я успела прожевать, и не торопилась отправлять в рот следующий кусок.
— Ну, помню, — осторожно ответила, нервно потянувшись к стакану с квасом.
Горло неожиданно тоже пересохло.
— Не смотрела варианты? — спокойно так уточнил он, глядя мне в глаза, и сердце от этих слов вовсе провалилось в желудок, сжавшийся до размеров горошины.
— Н-нет, — пробормотала, разом растеряв весь словарный запас.
— Ну ты короче посмотри, простор для действий есть, — с широкой усмешкой добавил Даня и… передо мной легла связка ключей.
— А это — на расходы, — Леша подвинул ко мне пластиковую банковскую карту ""Тинькофф"". — И давай договоримся, экономить не нужно, — он мягко улыбнулся. — Поверь, там хватит.
Я на несколько долгих минут окончательно потеряла дар речи, даже голова слегка закружилась. Что сказать, никак не могла сообразить, мысли метались ошалевшей стаей, ни на чем не задерживаясь.
— Не проще дизайнера нанять?.. Я-то тут при чем?
Леша терпеливо вздохнул и взял мою безвольную ладонь, которую не успела отдернуть.
— При том, Риша, что не дизайнер там будет жить, — просто ответил он и тихонько погладил мои пальцы. — А наша холостяцкая берлога не шибко подходит, чтобы приглашать туда жить любимую женщину.
А вот последнее оглушило и вовсе дезориентировало. Чего я никак не ожидала сегодня, так это подобного признания.
— Эй, все в порядке? — с беспокойством спросил Даня, всмотревшись в мое лицо. — Айя? Что-то не так?
— Кажется, кое-кто снова испугался, да? — Леша оказался слишком проницательным, и пора было уж сказать что-нибудь адекватное.
Пришлось сделать глубокий вдох и взять себя за жабры, в конце концов, ну что такого из ряда вон выходящего я услышала сейчас? Двое мужчин, с которыми у меня вроде как отношения, и даже секс был всякий разный, зовут жить к себе, и еще и в любви признаются.
