В усадьбе леди Анны жарится непредсказуемая атмосфера. Здесь любовь и зависть соседствуют с тревогой и надеждой — как в дневнике главной героини Любочки, секретаря директора. Каждый шаг приводит к новым загадкам и открытиям, заставляющим задумываться о судьбе усадьбы и ее последователях....
-- Мне кажется, вы с ней на пару с ума сошли! Как ты себе представляешь ее встречу с принцессой?!
-- А вот тут уж тебе придется извернуться и проследить, чтобы в качестве «сестры капитана охраны» Анна не встречалась с ней, – очень серьезно ответил дофин. – «Цветок моря» -- огромный корабль, Анне выделишь каюту подальше от каюты ее сиятельства, обозначишь время прогулок для принцессы, будешь сопровождать ее лично, ну, и так далее.
Решением дофина герцог был очень недоволен. Когда он вез Анну во дворец, он был абсолютно уверен, что Луи-Филипп мгновенно запретит эту авантюру, и герцогине останется только подчиниться.
Дофин отправил Анну домой, собираться, а брата попросил задержаться. Он видел, как раздражен Максимилиан. И сейчас пытался втолковать ему свои мысли:
-- Пойми, особой опасности в этой поездке нет. Я выделю из своей личной охраны шесть призраков."
"Макс задумался.
-- Хорошо, шесть человек… Ладно, хорошо… Допустим, я не стану возражать… Но Луи, объясни мне, зачем тебе-то это нужно?! – Максимилиан искренне не понимал сейчас брата.
-- Помнишь Альгерту Кровавую, жену Андрэ Молитвенника?
Вопрос дофина был столь неожиданным, что герцог даже нахмурился, не сразу сообразив, о чем принц говорит:
-- Альгерту Крова… Подожди, Луи! Причем здесь она-то? Мы сейчас говорим об Анне!
-- Макс! – дофин уже испытывал некоторое раздражение от бестолковости брата. – Альгерта получила разоренное и разъединенное государство.
-- И что?!
-- И то, что она была – жен-щи-на! – по слогам выговорил дофин. – Понимаешь? И заодно вспомни Элизабету Англитанскую. Время ее правления до сих пор в Англитании называют Золотым веком. И она тоже женщина.
Пауза была недолгой, Максимилиан выглядел растерянным, и дофин продолжил, уже гораздо более мягко:
-- Никто не будет спорить, что мужчины умнее, Макс.
