В Усадьбе толстушки Астрид повсюду чувствуется непривычная роскошь и зажиточная среда. В доме же Тейга чувствует себя как в маленьком, уютном гнездышке. Астрид смотрится неординарно в такой обстановке, её присутствие кажется загадкой и напряжением.
Еще один прекрасный гнедой конь, в нетерпении перебирающий ногами, принадлежит свекру. А для нас с Пегги запрягли лошадей попроще, тягловых, низкорослых.
Тейг смерил меня взглядом, но промолчал; подойдя, он помог мне взгромоздиться на Стрелу, старенькую пегую лошадь.
Астрид Васс умела ездить верхом, но не особо хорошо; кое-как устроившись в седле, я схватилась за поводья и взмолилась про себя, чтобы этот путь не стоил мне жизни, и я не рухнула с лошади, сломав себе шею. Свекор помог сесть в седло жене, сам занял место «в транспорте» и, сообщив провожающим нас слугам, что мы вернемся завтра, повел коня за распахнутые ворота.
В добрый путь, блин!
Глава 2До Кивернесса, самого крупного города в здешнем герцогстве, торопящийся всадник может добраться часа за четыре, если его лошадь легконога и здорова. В одиночку Тейг за столько бы и доехал, но с ним были еще двое немолодых родителей и я.
Тейг с отцом задали довольно хорошую скорость, и столбики на дорогах, обозначающие количество пройденных лиг, сменялись быстро.
В таком состоянии я мало отмечала красоту открывающихся пейзажей. Хотя можно и не смотреть по сторонам: эти виды с изумрудными холмами и пасущимися на них овцами и пони мне и так хорошо знакомы.
Я вздохнула: даже если бы судьба закинула меня сюда в тело прекрасной принцессы, живущей в роскоши, я все равно стремилась бы домой. Хочется верить, что я все же как-нибудь вернусь в свою настоящую жизнь. Хотя, если я умерла там, то, наверное, возвращение невозможно… Но умерла ли Астрид? Почему я заняла ее тело? Ответить некому: местные все странности списывают на волю богов.
— Астрид, — окликнула меня Пегги, — устала?
Я ответила свекрови, которая вскоре станет «экс», измученным взглядом, и она обратилась к Тейгу:
— Сынок! Устали мы! Отдохнуть бы!
— Скоро покажется постоялый двор, — отозвался он.
