В Усадьбе толстушки Астрид повсюду чувствуется непривычная роскошь и зажиточная среда. В доме же Тейга чувствует себя как в маленьком, уютном гнездышке. Астрид смотрится неординарно в такой обстановке, её присутствие кажется загадкой и напряжением.
— Пусть так, — повторила я.
— И чтоб никто не узнал, что ты учудила!
Я кивнула, и свекор, еще раз одарив меня сердитым взглядом, вышел, не забыв показательно громко хлопнуть дверью.
Уна попыталась меня утешить:
— Зато не поколотил.
Да уж, в данной ситуации и это уже плюс!
По совету знахарки Уны на третий день после отравления Пегги стала давать мне вместо сладковатых травяных отваров еду – жидкую кашу на воде. Сил у меня прибавилось, и я стала вставать, сама одеваться и причесываться.
Тогда-то Тейг и явился. Свекровь зашла ко мне, предупредила, что он за мной приехал, пригрозила, чтобы я лишнего не болтала, и только убедившись в моей полной покладистости, повела к нему.
Одно дело увидеть его через призму воспоминаний Астрид, и совсем другое – вживую. Признаю: тип эффектный. Не такой уж рослый, но крепкий, смуглый, и лицо прям мужицкое, суровое. Деревенские девки перед Тейгом трепещут, да и городские, наверное, тоже; вот и Астрид трепетала. К своему стыду струхнула немного и я сама, когда он тяжело на меня посмотрел.
Может, он и выглядит как чуть облагороженная версия громилы, но взгляд его черных, глубоко посаженных глаз явно подсвечен умом. Я «вспомнила», как Фиона Лорье говаривала о Тейге: «Этот далеко пойдет». Наверное, поэтому она и выдала за него замуж внучку. Не учла лишь, что муженек может захотеть избавиться от жены…
— Собирайся, — приказал мне Тейг. — Жрец ждет нас завтра утром, так что в дорогу тронемся сегодня. И вы, — он глянул на родителей, — тоже поедете.
— Ой, как же, — растерялась свекровь, — сегодня?
— Да.
— Успеем ли? Повозку-то давно пора наладить, еще и лошадей запрячь надо, еду собрать в дорогу…
— Никаких повозок: все верхом поедем.
— Верхо-о-о-ом? — протянула Пегги и поглядела на меня, еще слабую и не слишком твердо стоящую на ногах после отравления. — До города ведь так далеко!
— С повозкой мы седмицу добираться будем, еще и платить потом за въезд в город надо, так что поедем верхом, — настоял на своем Тейг, не сводя с отца взгляда.
Тот все молчал.
— Решено намертво?
— Намертво, — кивнул «муж».
Мне стало не по себе. Какое еще «намертво»? Зачем вы меня пугаете?
Васс-старший направился в конюшню, Пегги стала сновать по дому и звать слуг. Я же, чувствуя настоятельную потребность присесть, собственно, присела за стол; мне бы еще пару дней полежать, а тут поездочка верхом грозит, а ведь я в жизни на лошади не сидела!
— Астрид, — позвал Тейг.
Я повернулась к «мужу» и посмотрела на него.
