В Усадьбе толстушки Астрид повсюду чувствуется непривычная роскошь и зажиточная среда. В доме же Тейга чувствует себя как в маленьком, уютном гнездышке. Астрид смотрится неординарно в такой обстановке, её присутствие кажется загадкой и напряжением.
У меня и правда есть все в мой день рождения, кроме любимого рядом, — вздохнула девушка и повернулась в сторону Мартина. Полагаю, она и без зрения всегда его «видит».
Принц поморщился ревниво и беззлобно упрекнул девушку:"
"— Разве тебе недостаточно, что тебя и так любят все, солнышко?
— Но любят меня не как женщину, — ответила Инесс. — А вы и сами мне все время говорите, что я для вас как младшая сестра. Мне уже двадцать, я старая дева. Какая печальная судьба!
Росс закатил глаза и подал мне бокал вина, чтобы я смочила горло после исполнения песни.
Выпив вина, я опустила свой бокал на стол; Росс склонился ко мне и прошептал на ушко, щекоча кожу:
— У тебя есть песня для меня?
— Именно тебе я спеть не смогу, собьюсь, — ответила я честно.
— Почему? Я просто внимательно слушал.
— Но как смотрел…
Мы отвлеклись на шум – это Инесс опрокинула бокал, и брызги вина запачкали рукава ее матери, сидящей рядом. Каэрина Бринмор встала из-за стола:
— Надо замыть поскорее, — сказала она. — Не хочется терять такое платье.
— О, мама, прости, — огорчилась Инесс.
— Ничего, — улыбнулась женщина, посмотрев на меня.
Это приглашение?
— Позвольте, я помогу вам, — предложила я и тоже поднялась из-за стола.
Каэрина кивнула, и мы вместе покинули залу с гостями.
Ни мать Бринмора, ни его сестра не отреагировали бурно на мое появление на празднике, они обе приняли меня спокойно и даже радость выразили. Скорее всего, они считают, что я «официальная» любовница, которую Росс решил представить высшему обществу.
Когда мы вышли из залы в коридор и направились к лестнице, каэрина Бринмор сказала:
— Я переоденусь.
— Конечно, Ваше Сиятельство.
Мы стали подниматься по лестнице; ожидая вопросы и, возможно, скандал, я начала нервничать. У меня в скором времени появится муж, и, учитывая мое происхождение, мать и сестра Бринмора с большей вероятностью станут для меня не свекровью и золовкой, а свекоброй и зловкой...
— Вы мне нравитесь, Астрид, — произнесла каэрина Бринмор, начав этот непростой разговор. — Но главное то, что вы нравитесь моему сыну.
