Автор
Ленинград, 1961 год. Сторож Сергеич мирно лежит в траурной рамке на столике в Эрмитаже, его сердце точным ударом было сломано. Перед глазами стеклянного Сергея — мир через призму паспортной фотографии, где он выглядит непринужтенно и цинично чистым.
Томас отличался от других матросов и внешним видом, и манерами, и одеждой: худощавый, со сдержанными манерами, он был одет так же, как и много лет назад, когда служил счетоводом в страховой компании Ллойда: длинный коричневый сюртук, белая рубашка со стоячим воротником и широкополая шляпа, которую он никогда не снимал. Под рукой у него всегда была надежно закрывающаяся, прикрепленная к столу бронзовая чернильница и тщательно заточенные гусиные перья. Оружия он не носил, по крайней мере на виду. Но жизнь изменила привычки счетовода, и Дрейк знал, что он не расстается со спрятанным под сюртуком маленьким двуствольным пистолетом.
Подбив итоги, Томас поднял голову и едва заметно скривил губы, что должно было изображать улыбку.
— Очень хорошая добыча вышла, — сообщил он. — Одна доля — почти полведра золота!"
"— Дай мне книгу! — Дрейк развернул к себе толстый фолиант.
Перечень добычи занимал не меньше двадцати листов. Капитан взял перо и провел черту на шестой странице.
— Пересчитай доли до сих пор! — приказал он.
— Только досюда?! — удивился Томас.
Мореход непонимающе поднял брови.
— А остальное? — спросил менее сдержанный Акула.
Дрейк нарисовал на полях корону.
— Остальное отправится сюда, в королевскую казну!
— С чего это вдруг?! — оскалился Акула. — Разве мы работаем на корону? Разве она нам помогает? Зачем отдавать наше богатство?
— Затем, что мне надоело стоять под английской петлей! — раздраженно ответил Дрейк. — Будет очень противно, если нас повесят соотечественники!
— Повешение противно независимо от того, кто накинет веревку на шею! — философски сказал Джим.
Акула усмехнулся и похлопал первого помощника по плечу. Вспышка гнева у него прошла.
— Мореход говорит дело! И потом, ты уверен, что взнос в казну избавит нас от петли?
— Думаю, хороший подарок может привлечь к нам внимание королевы… Хотя гарантий у меня нет…
Первый помощник и командир артиллерии переглянулись.
— Дрейк никогда не ошибается, и я ему верю, — сказал Мореход.
— Я тоже верю капитану! — подтвердил Акула. — Только что скажут ребята?
— Им надо все объяснить, — кивнул Дрейк. — Чтобы поняли: нынешняя жертва стократ окупится!
— Ну-ну, — сказал Боб. — Посмотрим, как ты объяснишь, что добытое потом и кровью богатство надо отдать в королевские закрома!
— Увидишь, — кивнул капитан. — Только не надо торопиться. Придем в Англию и там разберемся.
