Автор
Ленинград, 1961 год. Сторож Сергеич мирно лежит в траурной рамке на столике в Эрмитаже, его сердце точным ударом было сломано. Перед глазами стеклянного Сергея — мир через призму паспортной фотографии, где он выглядит непринужтенно и цинично чистым.
— Извините… Где я? Что это со мной… Всю память отшибло… Меня ведь жена в магазин за молоком послала, — бормоча всякую хрень и непрестанно кланяясь, фраер, оставив недопитое пиво, задом рванулся к выходу.
— Заколоть его? — рванулся было следом Хваленый, но тут же вроде зацепился за выражение лица Голована и стал как вкопанный.
— Ты что, старшой, с лица сбледнул? Кто этот рогомет? Почему мы его отпустили?
Голован перевел дух.
— Отпустили, отпустили… Это он нас отпустил! Заткнись лучше!
Тут вернулся Витек с тремя кружками «ерша».
— Об чем базар, пацаны?
— Ни об чем! — Голован грозно зыркнул на Хваленого. Тот молча взял свою кружку и сразу отпил половину. Остальные последовали его примеру. О странном фраере разговора больше не было.
Ростов-на-Дону
Сентябрь 2017 — январь 2018"
