Свисток на его груди вдруг звонко пискнул, подражая дрозду, и Чу Шучжи вскинул руку, останавливая идущего позади него Го Чанчэна. Оба они замерли посреди дороги, прислушиваясь к набирающему силу свисту: то высокий, то низкий, он словно сирена указывал путь.
Го Чанчэн распахнул глаза: на другой стороне дороги он разглядел молодого мужчину в курьерской форме, который медленно шагал к ним, волоча ноги.
Его вёл за собой зов свистка.
— Это же?.. — тихо спросил Го Чанчэн
— Призрак, — кивнул Чу Шучжи.
Го Чанчэн испугался было, но по какой-то причине страх очень быстро его отпустил, и на его место, стоило Чанчэну увидеть потерянные глаза призрака, пришла печаль.
Добравшись до них, молодой человек окинул их взглядом и почесал в затылке:
— Что вы двое тут делаете так поздно? Не пора ли домой?
— А ты сам? — спросил Чу Шучжи. — Не собираешься домой?
— И то правда, — хохотнул парень. — Охранник уже расписался за мою посылку, а других сегодня не будет. Можно идти домой.
Чу Шучжи достал из кармана маленькую бутылочку и откупорил её.
— Залезай, — тихо сказал он, протянув её парню. — Я помогу тебе вернуться домой.
Улыбка медленно сползла с лица призрака: кажется, он кое-что осознал.
— Как тебя зовут? — спросил Чу Шучжи.
Парень поднял голову и испуганно произнёс:
— Я помню, — подал голос Го Чанчэн. — Я видел твоё удостоверение. Фэн Давэй, верно? Родился в восемьдесят девятом году, а дома тебя ждёт старший брат, так ведь? — Он вытащил из сумки блокнот: на его страницах хранились записи обо всех пропавших. — Твой брат сказал, что позаботится о ваших родителях. Они расстроены, но с ними всё будет хорошо.
По щекам Фэн Давэя потекли слёзы.
Чу Шучжи ничего не сказал.
— Прошу тебя забраться внутрь, чтобы мы могли тебе помочь, — продолжил Го Чанчэн, указывая на бутылочку. — Скоро рассвет, и для тебя он будет неприятен.
— Значит, я мёртв? — глухо отозвался Фэн Давэй, опустив голову и утирая слёзы.
Го Чанчэн, помедлив, кивнул.
— Как это произошло? — спросил Давэй. — Меня кто-то убил? Вы отомстите за меня убийце?
Пришла очередь Го Чанчэна молчать, и за него ответил Чу Шучжи:
— Не сомневайся. Виновным не избежать наказания.
Давэй долго смотрел на открытую бутылочку, и его слёзы тихо капали на землю.
— Как я мог умереть? — беспомощно спросил он. — Я же ещё не успел толком пожить…
— Поживёшь в следующий раз, — буркнул Чу Шучжи, теряя терпение. — Залезай.
— В следующий раз, — горько рассмеялся Давэй. — В следующей жизни… Вы можете передать кое-что моим родителям и брату?
Чу Шучжи нахмурился, но Го Чанчэн, не дав ему возразить, торопливо вытащил свой блокнот и детским почерком подписал «сообщение» внизу страницы, посвящённой Давэю.