В романе "Успеть сказать люблю" мы попадаем в мир искренних чувств, смеха и слез. Яркая рыбачка Соня и драматичный Джой создают атмосферу череды трудностей и щемящей романтики. Здесь каждый главный момент — это как струна в гитаре, задевая сердце читающего.
Но вот ты… Ты избаловал Норда!
— Ничего подобного! — возмутился Константин.
— Костя, это прекрасно выдрессированная немецкая овчарка. Она ест, что дают, и делает, что прикажут.
— Это прекрасный и надежный друг. Он ест, что ему нравится, и делает, что попросят, — ровно тем же тоном парировал Костя. — А еще он спас тебе жизнь. Если надо, я ему сам жевать буду и с ложечки кормить.
На это Ане не нашлось что ответить.
* * *Дома Костю ждали. Явление в жизни Константина новое, но чрезвычайно приятное.
— Привет, хулиган! Скучал? Ну, иди к папочке.
Присел на корточки, обнял за шею, уткнулся лицом в густую шерсть. Неужели он и в самом деле когда-то боялся собак?
Норд смачно облизал Косте ухо, а потом застучал хвостом по полу.
— Эх, Норда-морда, — рассмеялся Константин и слегка отодвинулся, чтобы видеть пса. — Голодный?
Норд наклонил голову с крайне умильным выражением.
— Гулять?
Секунда — и Норд исчез. Еще секунда — и вот он уже снова перед Костей, с поводком в зубах.
Константин рассмеялся уже в голос.
— Погоди, дружище, я переоденусь.
Со вчерашнего дня в Костиной квартире появились резиновые сапоги. Темно-зеленые, высокие, почти до колена. В них заправлены старые джинсы, фланелевая рубашка на плечах тоже видавшая виды. Норд выразил одобрение внешним видом хозяина одобрительным «Гав!» и они пошли.
Как выяснилось, в десяти минутах ходьбы от дома Константина находилась собачья площадка. Туда Костя с Нордом и отправились.
* * *— У вас великолепно выдрессированная собака, — рядом с Костей присел мужчина, по виду лет на десять старше самого Кости.
— Спасибо. Это вы еще его мать не видели, — безмятежно ответил Константин, наблюдая, как Норд обнюхивается с черным лабрадором.
— Да? Ну, значит, еще и гены, — кивнул Костин собеседник. — Но и у вас, судя по всему, просто талант воспитывать собак.
Константин лишь скромно кивнул.
На обратной дороге домой великолепно выдрессированный пес традиционно извозился сам и извозил Костю.
— Эх, Норда-морда, — Костя пристегнул поводок к ошейнику. — Вот на кого мы похожи, посмотри, а? — Норд лишь вывалил набок язык и наклонил голову. — Вот вернется наша хозяйка — и всыплет нам по первое число, — Норд коротко и по существу гавкнул. Костя выпрямился. — И не говори. Скорее бы уж вернулась.
* * *— Почему ты не сказала, что он храпит?
— А я знала?! — Аня округлила глаза.
