В глухой провинциальной деревне гуляет раннее утро, когда еще не начался знойный день. Но уже ветреная женщина и двое мужчин заметили подозрительные глаза местных, прячущихся среди туристов в поисках неожиданного притолоки.
Пегги осталась в спальне.
Вуди появился десять минут спустя, улыбаясь во весь рот.
– Привет, крошка.
– Привет.
– Как тебе наш дом?
– Он… такой огромный.
– Просто чудовищный. – Он подошел к кровати, обнял Пегги. – Это моя комната. Стены я увешивал спортивными плакатами. «Медведи», «Кельты», «Красные носки». Я хотел стать спортсменом. Мечтал о славе. В выпускном классе школы я был капитаном футбольной команды. Меня приглашали в шесть колледжей.
– И какой же ты выбрал? Он покачал головой:
– Седьмой. Отец сказал, будто им хочется, чтобы у них учился Стенфорд, и ничего больше.
– Что-что? – переспросила Пегги.
Он повернулся к ней.
– Ты не видела фильм «На набережной»?
– Нет.
– Эту фразу произносит Марлон Брандо. А смысл в том, что жизнь наша не удалась.
– Твой отец, видать, был суровым человеком.
Вуди хохотнул.
– Он бы воспринял эти слова как комплимент.
К обеденному столу они вышли одновременно, молча расселись. Они были незнакомцами друг для друга, и если что их и связывало, так это тягостные воспоминания детства.
Кендолл огляделась. Французский обеденный стол времен Людовика XV, стулья эпохи Директории.
Кендолл повернулась к Тайлеру.
– Я читала о твоем решении по делу Фиорелло. Он заслужил наказание, которое ты ему определил.
– Как это интересно, быть судьей! – воскликнула Пегги.
– Иной раз я готов с вами согласиться.
– Какие вы ведете процессы? – поинтересовался Марк.
– Криминальные. Изнасилования, наркотики, убийства.
Кендолл побледнела, хотела что-то сказать, но Марк схватил ее за руку и крепко сжал, предупреждая, что лучше бы помолчать.
А Тайлер уже смотрел на сестру.
– Ты стала известным модельером.
– Да, – с трудом удалось выдохнуть Кендолл.
– А вы, Марк, чем занимаетесь?
– Работаю в брокерском доме.
– А, так вы один из молодых уолл-стритовских миллионеров?
– Не совсем, судья. Я только в начале пути.
Тайлер покивал.
– Тогда вам повезло с женой. Она уже многого добилась.
Кендолл покраснела, прошептала на ухо Марку: «Не обращай внимания.
