На корабле "Ветер Вечности", где святые вернулись, женщина оставила после себя лишь воспоминания. Голос уверенной в своей власти женщины разозлил капитана, но она выстояла. Открыв глаза, героиня попала неожиданно в ад, где мрачные силы готовятся к большой игре.
Если в сторону Джеймстауна пойдет хоть одно судно, мы сообщим о вас, и будем ждать ответа губернатора. По берегу передвигаться очень опасно, и, как говорят вампаноаги, это очень далеко.
– Спасибо вам, мистер Брэдфорд, вы дали нам надежду и покой. Подумайте на счет рыбы. И, думаю, где-нибудь здесь может быть соль, я читала, что ее находят недалеко от заливов. Мы готовы помогать в рыбалке и переработке рыбы. Для зимы она всем нам будет большим подспорьем, – мы встали друг за другом, и направились к двери.
– Да, кстати, Элизабет, в ближайшее воскресенье мы собираемся отпраздновать окончание сбора урожая. Мы должны отблагодарить наших друзей – индейцев, благодаря которым мы смогли пережить эту зиму. Вы тоже должны быть на празднике, – он улыбался, и еще не знал, что тяготы не закончены, просто стали другими.
– Конечно, мистер Брэдфорд, мы с удовольствием присоединимся. В субботу мы наготовим много угощений и придем на праздник, – мы шли к концу поселения по широкой улице к нашему дому.
Я оглядывалась на море и отсюда видела горизонт над водой. День Благодарения. Первый. Лиля будет в экстазе. Боже, неужели нам придется жить здесь всегда, неужели я никогда не услышу больше… И тут я поняла, что особенно ни к чему и не была привязана. Малкольм с Генриеттой ушли далеко вперед, а я стояла и пялилась на воду вдалеке. Что я оставила там? Свои тренировки, свою работу по выдумыванию значимости того или иного продукта, который на деле был бесполезным, а иногда и вовсе, вредным.
Там у нас не осталось даже кошки, потому что дома мы были тогда, когда нам нужно.
– Ты снимаешься в каком-то фильме? Не вижу съемочной группы, – сзади я услышала Клер.
– Что? – я оглянулась. Она размашисто шагала под горку ко мне, махала в такт шагам руками.
– Стоишь тут в такой позе, словно тебя снимают, я прям таки залюбовалась, – ответила она на русском.
Когда мы были одни, мы говорили на русском, но старались не злоупотреблять. Дома уже закончились, дорога была пустой.
– Ты о чем-нибудь из нашего времени скучаешь?
– О пилке для ногтей, не? О тампонах, о креме для рук, о кроссовках и о хорошей расческе…
– Шампунь! – я перебила ее, и мы засмеялись.
– Думаешь, мы однажды не проснемся в нашей запылившейся квартире? – лицо Клер погрустнело.
– Я стараюсь не думать об этом.
