На корабле "Ветер Вечности", где святые вернулись, женщина оставила после себя лишь воспоминания. Голос уверенной в своей власти женщины разозлил капитана, но она выстояла. Открыв глаза, героиня попала неожиданно в ад, где мрачные силы готовятся к большой игре.
Я лгала потому что не верила этим мужчинам. Я знаю, это грех, но это мой грех, который позволит не умереть людям, что трудились все лето и осень не покладая рук.
– Мисс Элизабет, – прервал мою речь губернатор. – мы не считаем вас грешницей, мы не имеем права винить вас в чем-либо. Это только моя вина… Моя вина в том, что я не послушал…
– Уважаемый губернатор и все жители Нового Плимута, мы благодарны вам за то, что приютили нас, дали нам крышу над головой и защиту. Сейчас мы готовы сами поделиться с вами. Будьте уверены, того запаса, что у нас есть, хватит, чтобы скромно питаться всем до единого в колонии.
– А сейчас мы благодарны вам, сестры, – губернатор опустил голову и подошел к нам. Чуть тише он продолжил: – Я был не прав, не послушав вас, сестры…
– Прошу вас, лучше никому не говорить о том, что было. Это останется между нами. Пусть ваши мужчины придут к нам с телегой.
Глава 29
Рождество и новый год отмечали скромно. Солдаты чувствовали свою виду перед общиной за то, что колония была ограблена, и к началу февраля ограждение вокруг поселения было готово. Форт стал тем самым «Градом на холме», о котором потом будет столько сказано и написано.
"Трехметровый палисад с тремя воротами с разных сторон выглядел внушительно. Теперь поселение походило на небольшой городок диаметром с километр – губернатор решил огородить и земли, где разбивались небольшие сады. Внутри поселения на холме расположился сам форт с наблюдательной вышкой и шестью орудиями. Мы никогда так близко не видели пушки. До постройки большого забора орудия находились на окраине, и двое сторожевых постоянно контролировали небольшой пока периметр.
Сейчас все стало выглядеть серьезнее. Дорога до пляжа перестала быть тропинкой – большие деревья пошли на ограждение форта, а мелкие просто вырубали и выкорчевывали. К поселению сейчас была полноценная дорога, на которой могли разъехаться две повозки.
– Мне кажется, или становится не так холодно? – сестра Маргрет вошла в дом с вязанкой дров, чем вызвала негодование Малкольма:
– Сестра, уж если я вам здесь не нужен, то и не стоило меня оставлять.
