В столе заходит молодой человек с кухни, в руках — жареный кусок мяса. Несмотря на начавшийся ужин, она продолжает нерешительно говорить, взгляд проникновенно оценивая его решение остаться. Передо столом лежит гарнир из спаржи, хотя герой не любит этот продукт, но старается принять и даже полюбить то, что она готовит....
И чтоб ты знала — мне плевать, что подумает обо мне твой папа! — рявкает он, выходя из себя.
— Почему? — спрашиваю с искренним интересом. Зная Леднёва… его объяснение не может быть тривиальным.
— Потому что мне плевать, что обо мне думают даже мои собственные родители! — злится он.
— Ты сильно взрослый или сильно глупый? — смеюсь, ёжась от зябкого ветерка. К вечеру похолодало, и небо затянуло тучами.
— Сильно умный.
— Тогда, да. Тебя ждет великое будущее. Особенно если учесть, что твой отец замначальника УВД по Западному округу.
Мои слова задевают Никиту. Еще бы! Характер же, мать твою. Личность. Хочет быть кем-то без отсылки к папе-полковнику. Я тоже хочу, а мне то и дело напоминают, что без родителей я никто, что им я всю жизнь обязана. К чести Леднёва будет сказано, он никогда положением отца не хвастался и вообще старался упоминать о нем как можно реже.
— А мне не плевать, — пожимаю плечами, снова стряхивая с себя странную дрожь. — И это честно. Я же призналась, что у меня еще ничего нет, кроме папы и несносного характера, я не могу наплевать на мнение человека, который содержит меня целиком и полностью.
— Ты права, — спокойно говорит Никита, встает с лавочки, и мне сразу становится еще холоднее, когда я теряю его тепло. — Чувства у нас обоих есть, но, видимо, они не стоят того, чтобы терпеть, когда об тебя вытирают ноги, — сказав это, он уходит, оставляя меня сидеть на месте. В первый раз за все время он не провожает меня до дверей подъезда.
— Пока, Никита. Я буду по тебе скучать.
На самом деле я не из тех, кто бездумно пляшет под родительскую дудку. Со мной все в точности до наоборот. Именно из-за своих крамольных мыслей и бунтарских замашек я часто конфликтую с родителями. Неприлично рано ко мне пришло осознание, что в жизни все замыкается на простой истине: хочешь стать особенным — будь собой.
Я никому не желаю зла и ни с кем не хочу ругаться, я желаю лишь быть собой.
Когда Леднёв оставляет меня в покое, я начинаю окончательно сходить с ума.
Глава 11
…если я не ною, это не значит, что мне что-то дается легко,
я просто беру и делаю…
Настя
— Мне сегодня Никита приснился, — сажусь за стол и стягиваю с мокрой головы полотенце.
— Что снилось? — с интересом смотрит на меня Тоська, отпивая горячий кофе маленькими глотками.
