Автор
В непроглядном тумане девочка шарахивается от каждого звука. Вместе со страхом нарастает невыносимая усталость. Она шагает, крадучись и прислушиваясь каждому жужжанию насекомых или хрусту веток под ногами. Каждый шаг кажется предательским, но она не останавливается — это ее последняя надежда выбраться....
Озираясь по сторонам, женщина неуклюже поспешила подальше от алтаря, да только поздно.
Для неё уже всё было поздно.
Из-под белого камня, словно змеи, к ней потянулись чёрные тени. Обвив за тощие щиколотки, они потащили жрицу к алтарю.
Марука истерично завизжала и взмолилась о помощи.
Она голосила так, что эхо сотрясало стены.
Столько страха, животного ужаса, агонии.
Только никто из нас не сдвинулся с места. Мы, словно зачарованные, наблюдали, как её тело резко подкинуло и приложило о камень. Она всё ещё дышала, когда тьма вырвала из её груди грязную серую, почти чёрную душу.
Новая тень, взметнувшись, продолжала безмолвно орать, но её уже никто никогда не услышит.
Не услышит и не спасёт.
Усмехнувшись, я поняла, что совершенно не испытываю жалости. Да мне рыбину убивать в разы сложнее, чем эту падаль в человеческой шкуре.
С верхних ярусов послышался шум шагов. Подхватив меня и мою метлу, послушницы поспешили к хранилищу.
Оказавшись за плотно закрытыми дверями, они указали мне, где подметать, а сами, как ни в чём не бывало, снова уселись снимать подгнившие верхние листья капусты, которую дозволялось есть только жрицам.
Глава 13
Тело Маруки быстро убрали. Куда? Никто не понял, но погребального костра не было. Видимо, просто закинули в воду. Одним неупокоенным больше, одним меньше…
Верховная пыталась выяснить у нас, что же случилось, но пожилые послушницы только пожимали плечами. Ничего не видели, ничего не слышали, сидели у ящиков перебирали капусту.
Я же ощущала странное злое удовлетворение.
Было ли мне жаль Маруку?
Нет. Ничуть.
Совершенно, она ещё мало помучилась."
"Вот о чём я сокрушалась: она заслуживала большей боли. Легко отделалась.
Наверное, я окончательно растеряла всё хорошее, что было в моей душе.
Верховная ушла, а я, задумавшись, продолжала мести пол.
На моё плечо осторожно опустилась ладонь.
Вздрогнув, обернулась, натолкнувшись взглядом на пожилых послушниц, которые сегодня спасли мне жизнь и это без преувеличения. Женщины подвели меня к столу и угостили морковью.
Послушницы заулыбались.
Перед моим лицом появилась табличка, на которой аккуратно были выведены всего три слова:
«Месть за Клэти».
Вскинув голову, зажмурилась. Вот, значит, кто отправил вниз нашу девочку.
Марука.
Змея костлявая.
Ох, мало ей досталось. Надеюсь, её душа никогда не обретёт покой.
Злость во мне стала ещё сильнее.
Лишь после наступления сумерек мы покинули нижний ярус.
