Стамбул шепчет тайны на фоне тишины субботней ночи. Муфтияр Хаджиб Кафир сидит за столом в своих калошах, уставившись в окно на старинные минареты, где мир царит как будто в стенах его собора. Здесь каждый уголок — от тихого бара до оазисов покоя — дышит историей и тайными узами крови, которые соединяют разные эпохи и народы....
Смею вас уверить, что банки, с которыми вы связаны долговыми обязательствами, все до единого пришли к аналогичному мнению.
Если банки сейчас откажут им в кредитах, концерн в семье не удержать.
– Поверьте, мисс Рофф, мне очень неприятно сообщать вам столь печальное известие, но считаю своим долгом сделать это лично.
– Вам, должно быть, известно, что «Рофф и сыновья» все еще мощная и жизнеспособная корпорация?
Герр Бадратт учтиво склонил голову:
– Это великая корпорация.
– И тем не менее вы отказываете нам во времени.
Герр Бадратт пожевал сухонькими губами, потом произнес:
– Банк считает, что проблемы ваши легко разрешимы. Но... – Он запнулся.
– Но вы полагаете, что эти проблемы некому решать, не так ли?
– Боюсь, что так. – Он сделал движение, намереваясь встать из-за стола.
– А что, если президентом фирмы станет кто-то другой? – спросила Элизабет.
Он отрицательно покачал головой.
– Мы обсуждали такую возможность и пришли к единому мнению, что ни один из членов Совета директоров концерна не в состоянии справиться.
– Я имела в виду Риса Уильямза, – сказала Элизабет.
Глава 38
Констебль Томас Хиллер из подразделения речной полиции Темзы был в ужасном состоянии. Он очень хотел спать, был голоден, зол и в довершение всего промок до мозга костей. Пока он еще не решил, что было худшим из всего этого перечня."
"Он хотел спать, так как его невеста Фло не давалась ему всю ночь напролет; был голоден, потому что к тому времени, как она перестала сопротивляться, он уже здорово опаздывал на службу и потому никак не успевал перехватить хоть чего-нибудь; зол, потому что она так долго не позволяла трогать себя, а промокший, потому что тридцатифутовый полицейский катер был предназначен для службы, а не для увеселительных прогулок, а поднявшийся шквальный ветер пригоршнями швырял дождь в маленькую рулевую рубку, где он нес вахту.
