Нет, пусть это будут особые лакомства для Стомпера, чтобы его поместили рядом со стойлом, куда почти никто не заходит.
— Не можешь же ты взять с собой Стомпера! — воскликнула Джоан. — Зачем все это?
— Его стойло ближе всех к воротам. Оттуда я могу незаметно наблюдать, кто выходит из замка, и дождаться толпы погуще, в которой могла бы раствориться. Либо это, либо перелезу через стену, но в этом случае меня скорее всего сразу поймают: уж слишком много стражников ходят дозором.
— Насколько легче занимать твое место, если речь идет всего-навсего о веселой проделке, — пожаловалась Джоан. — Теперь же я так волнуюсь, что непременно выдам себя.
— Успокойся, Джоан, все выйдет как нельзя лучше, — заверила сестра. — Тебе придется иметь дело только с охраной у двери, моим эскортом и двумя носильщиками. Совсем не обязательно встречаться с теми, кто тебя знает.
— Это до твоего побега, — расстроенно напомнила Джоан. — А потом придется распинаться перед твоим женихом.
— Я уже говорила, как лучше выкрутиться. Позавчера он как раз заявил, что различает нас по тому, как плотно я сжимаю губы, когда взволнована или раздражена. Ты легко можешь перенять эту привычку. Только держись подальше от него, чтобы вам не пришлось разговаривать, и все обойдется.
— Но… если… он подойдет сам… тогда… — пролепетала Джоан.
— Не бойся. В последнюю нашу встречу я была вне себя от бешенства, и он это знает. После того, что было… да я и видеть его не желаю!
— А что было? Ты так и не сказала, почему последнее время просто убиваешь его взглядом!
При воспоминании о той роковой ночи Милисент от стыда даже голову опустила. Но если Джоан суждено занять ее место на ближайшие дни, необходимо признаться во всем.
Переодеваясь в старую одежду, Милисент слово в слово передавала сестре каждый разговор с Вулфриком на случай, если тот все же захочет побеседовать с невестой. Не дай Бог, он поставит Джоан в тупик какой-нибудь неизвестной ей фразой! Милисент не упомянула только о позавчерашней ночи, но теперь сообразила, что, если хочет, чтобы их обман не разгадали как можно дольше, а сама она выиграла достаточно времени, прежде чем хозяева спохватятся и пошлют погоню, нельзя утаивать столь важные подробности. Поэтому и промямлила чуть слышно:
— Вулфрик едва не овладел мной.
— Едва? — повторила Джоан, многозначительно подняв брови, но тут же со смешком добавила: — Пытался принудить тебя силой, как король?
Милисент покраснела с головы до пят, но была все же вынуждена признаться:
— Нет.
