В темноте искаженные отражения создают мрачные картины на столе – место, где судьба юного парня ожесточенно борется с его виной. Угрюмый человек за столом владеет его жизнью, каждый его взгляд подчеркивает унизительное неравенство.
Прикосновения стали более нежными, ласкающими.
Бедром почувствовала странную липкую влагу. Опустила взгляд и ужаснулась от увиденного — огромное темное пятно крови вырисовывало на левой стороне белоснежной рубашки зловещий узор.
— Остановись, — прошептала ему, пытаясь встать на ноги, но Арчи не позволил, продолжая изводить поцелуями пылающую кожу.
— У тебя кровь, — попыталась привлечь его внимание, но всё безуспешно. Он словно не замечал моих слов.
— Артур! — сказала громче и обхватила его лицо ладонями. Мужчина замер и сфокусировал взгляд серых глаз на мне.
— Что ты сказала?
— У тебя кровь, — указала подбородком на торс мужчины.
— До этого, — уточнил мужчина, нахмурив брови.
Не сразу поняла, что он имел в виду.
— Артур, — неуверенно произнесла я и увидела, как черты его лица ужесточились. Он смотрел мне в глаза, но казалось, не видел меня, погрузившись в глубины своих темных воспоминаний.
— Это не моя кровь, — холодно произнес он и поставил меня на ковер.
Сделал шаг назад и устало потер лицо ладонями, сбрасывая наваждение.
Запахнула халат, присмотревшись к кровавому пятну, заметила, что ткань рубашки надорвана.
— По-моему, все же, твоя, — подошла ближе, и, не боясь его возможной грубости, расстегнула пуговицы и увидела порез слева под рёбрами.
— Херня. Просто царапина, — попытался меня уверить мужчина и сбросил окровавленную рубашку на пол.
Только сейчас заметила, что его шатает. То ли от немалой порции алкоголя, то ли от кровопотери.
— Уверен? — специально нажала кончиками пальцев близ раны.
Как ни странно, но мужчина не стал со мной спорить и молча сел. Откинувшись на мягкую спинку, устало прикрыл глаза.
В кухне Жорика без проблем нашла аптечку и вернулась в комнату, где, по-прежнему, сидя в кресле мирно сопел Арчи. Даже во сне его брови были сведены над переносицей, а губа плотно сжаты.
Не стала его будить. Намочила перекисью водорода ватный диск и начала убирать следы крови вокруг раны.
— Какого хрена ты делаешь? — потемневшие от гнева глаза впились в мое лицо.
— Обрабатываю твою рану. И, если не хочешь сдохнуть в этом кресле… — рывком освободила свою руку из его захвата и озлобленно взглянула в глаза. — …сиди тихо и не дергайся.
Его брови медленно поползли вверх, а на губах заиграла демоническая улыбка.
