Словно из зазоров плоти и кости вырывается сердитый рык природы — холодный дождь барабанит по штанинам, ветер обнадеживает холодом в лицо. Я тащу за собой грязные следы бегства, ноги сухие ветки цепляются и режут кожу. Каждый шаг уносит меня дальше от того, что ждёт за поворотом, но я продолжаю бежать — за жизнью. Лабиринт звёзд на небе становится все более неясным в тёмной ночи, рев молний омывает весь пейзаж вокруг меня....
Особенно сильно он начинал нравиться от мысли о том, что Артур, возможно, сам выбирал мебель и игрушки, думая, что розовый цвет для девочки — то, что доктор прописал. Даже забавно представлять сурового воротилу бизнеса и криминала в магазине игрушек среди кукол и плюшевых медведей.
Оставив дверь в комнате дочери открытой, наконец, зашла на кухню, где включив чайник, села за обеденный стол, на котором стояла вазочка с конфетами и печеньем. Лениво посмотрев на фантики и прочитав название конфет, пришла к выводу, что есть, всё-таки, не хочу.
Едва чайник выключился, как в кухню зашла сонная Полина, волоча своё маленькое одеялко в руке. Сейчас у неё в комнате стояла низкая кровать, с которой она без труда и увечий могла спуститься и прийти среди ночи ко мне в комнату, либо, как сейчас, на кухню.
— Ты чего, моя маленькая, не спишь? — подхватила дочку на руки и на мгновение прикрыла глаза, когда маленькие ручки крепко обняли меня за шею.
Выключила свет в кухне и аккуратно перенесла Полину в свою комнату. Уложив её на кровать легла рядом с ней и вложила палец в маленькую ручку — моя любимая привычка перед сном. Но уже через минуту дочка закапризничала, перелезла через меня и попыталась слезть с кровати, но так как она высокая, то малышка начала лишь громче плакать.
Помогла дочери спуститься на пол и маленькая принцесса тут же решила, что на полу спать гораздо удобнее, чем в постели.
Пришлось и мне устроиться рядом с ней на полу, предварительно постелив толстый плед, чтобы на жестком полу стало немного комфортнее.
Планировала дождаться момента, когда дочка крепко уснёт, чтобы переложить её в постель и поспать с большим комфортом, но не выдержала и сама провалилась в сон.
Почти неделя плохого сна и головной боли свалили меня с ног тогда, когда я этого меньше всего ждала — на жестком полу.
Внезапно меня разбудил звон разбитого стекла. Рывком сев, закашлялась, ощутив горечь дыма и гари. Глаза начали слезиться, а легкие сжиматься от сухого, рвущего гортань, кашля.
Мы горим!"
"— Даша! — услышала я мужской голос, зовущий меня по имени.
