Словно из зазоров плоти и кости вырывается сердитый рык природы — холодный дождь барабанит по штанинам, ветер обнадеживает холодом в лицо. Я тащу за собой грязные следы бегства, ноги сухие ветки цепляются и режут кожу. Каждый шаг уносит меня дальше от того, что ждёт за поворотом, но я продолжаю бежать — за жизнью. Лабиринт звёзд на небе становится все более неясным в тёмной ночи, рев молний омывает весь пейзаж вокруг меня....
Его губы опускаются ниже, задевая край трусиков, но, не преступая их границы. Ткань сорочки поднимается всё выше, а влажный язык рисует витиеватую дорожку вверх к груди. Теплые губы уверенно накрывают одну из ареол и втягивают сосок. Язык начинает яростнее кружить, сводя с ума, заставляя цепляться за плечи Артура в поисках опоры.
Язык сменяется зубами, что жадно кусают кожу груди. С губ срывается тихий стон, когда мужчина встает и, подхватив меня на руки, прижимает к себе. Обхватываю ногами его талию и запускаю пальцы в черные густые волосы.
Горячее дыхание опаляет кожу и последняя мысль вылетает из головы, когда его губы находят мои и жадно целуют, лишая дыхания и здравого смысла.
Пальцы Артура до боли впиваются в бёдра, но эта боль приятна. Она дурманит, насыщая кровь адреналином и теплом. В его сильных руках я чувствую себя словно в коконе, в абсолютной безопасности и спокойствии.
Со мной на руках, мужчина уверенно поднимается вверх по лестнице и перешагивает через невысокое ограждение на её вершине.
Я скучала. Я чертовски скучала этих два долгих года без его ласк, которые, возможно, не очень похожи на ласки своей необузданностью, накалом… Но только в его собственнических руках я могу чувствовать себя по-настоящему желанной и живой.
Артур заходит в свою комнату и, не разрывая поцелуй, аккуратно ставит меня на мягкий ковёр рядом с кроватью.
Схватившись за лацканы, помогаю ему стянуть пиджак, который тут же отправляется на пол. Следом летит рубашка, часть пуговиц на которой пришлось оторвать, так как дрожащими пальцами расстегнуть их оказалось невозможно.
Легкий шелковый халат падает на ковер, касаясь воздушным облаком обнаженных ног. Поднимаю руки, чтобы Артуру было легче стянуть с меня сорочку. оставшись в одних только кружевных трусиках, смотрю в серые глаза, заволоченные огнём желания.
Запустив пальцы мне в волосы, Артур сжимает их в кулак и притягивает к себе для нового, лишающего всяких сомнений поцелуя.
Так грубо и нежно, его язык хозяйничает у меня во рту и так трепетно и горячо его рука ласкает моё тело, сжимает грудь, бёдра и впечатывает в его мощное тело.
