– Поппи, смотри, эта штука сливается с аурой подзащитного намертво и рассчитана на большую толпу народа. Привет из времён инквизиции, похоже. Надо же, до сих пор работает! А откуда вещь оказалась у твоего кузена? Он ведь магл, если я не ошибаюсь.
– Купил на блошином рынке, ну, барахолка такая со всякой всячиной. Сказал, что этот браслет сразу ему понравился.
– Обалдеть, – Сметвик вернул браслет Гарри. – А Малфой откуда знает про браслет, ты ему сказал?
– Нет, – Гарри вздохнул. – Я думал, что это обычное украшение. Мне Малфой в Хогвартс-экспрессе про него рассказал.
И Гарри коротко пересказал историю знакомства с Малфоем. Про тортик в салфетке говорить не стал, постеснялся.
– Силён, паразит, – задумчиво сказал Сметвик. – Ты щупай его, Гарри, щупай смелее – нащупаешь много интересного. А ещё лучше, попроси о покровительстве. На людях, чтобы отказать было стыдно.
– Иппи, что ты такое говоришь ребёнку? – возмутилась мадам Помфри. – Он ещё маленький!
– Покровительство, Поппи, это не только перепихон в душевых, – возразил Сметвик, а Гарри покраснел. – Малфой защитит от кого угодно, особенно сейчас, когда Люциус заведует попечительским советом. К тому же, ещё год-другой и к Гарри будут приставать все, кому не лень. Красавец и знаменитость, сам Поттер.
– Всё равно, не нравится мне это, – поджала губы мадам Помфри. – Я скажу Снейпу, пусть угомонится, змей подколодный.
– Не Поттер, – тихо проговорил Гарри. – Монтегю сразу всем рассказал, что отца из рода выгнали. Говорил, что факт отречения в Палате лордов засвидетельствован. У него же дед – Лорд-канцлер. Я думал, умру от стыда. Зато никто потом не удивлялся, что я слабый маг. Вы говорили тогда в больнице, что я могу быть и не Поттером, а ребёнком других магов. Это можно как-то проверить?
– Поэтому с тобой никто не разговаривает? – нахмурилась мадам Помфри. – Убью Снейпа!
– Гарри, ты зря зациклился на своём происхождении, честно, – сказал Сметвик. – У тебя настолько мощный тёмный дар, что совсем не имеет значения, кто ты и откуда. Будь жив твой глава рода, он бы уже выделял тебя в младшую ветвь и на коленях умолял бы вести себя тихо до совершеннолетия.
– Почему? – удивился Гарри. – И вообще, вы всё время говорите о тёмном даре. Но ведь я лечу, а не…
Гарри вдруг вспомнил тролля, осёкся и понурился.
– Я – убийца, – глухо сказал он. – Всё правильно, значит, тёмный маг.
– Ты – балбес, – возразил Сметвик. – Иди к Малфою, ты его заинтересовал. Видишь ли, навязывать покровительство нельзя, нужно дождаться просьбы. Малфой ждёт, зуб даю. И тогда он расскажет тебе всё, что знает. А знает он до хренища, Малфой есть Малфой.
– Да я тоже почти всё знаю, – пожал плечами Гарри. – Слизни, они же только со мной не разговаривают, а между собой – запросто. Громко, чтобы я слышал.