Автор
Веселое братанье в парке не смущает Гэри: он уже готов сказать "bonjour, papa" по-французски. Вовлеченность ребенка делит комнату радостями языкового обучения с отцом. Здесь каждый шаг к новым знаниям — как к райскому оазису мира языка и любви.
Кроме того, я буду чувствовать себя неловко перед подругой, у которой оставила сынишку.
— Значит, сын находится в женских руках?
— Ну да. А сейчас… мне бы не мешало привести себя немного в порядок. Ты проводишь меня в мою комнату?
— Ну конечно! — глаза Виктора сверкнули победным огнем.
Позже, запершись в ванной, Мейбл подумала о том, сколько раз ей уже выпадала сегодня удобная возможность объявить Корте, что Гэри его сын. Но она все боялась раскрыть уже столько лет продолжающийся обман, презирая себя за слабость.
3
На следующий день Мейбл проснулась очень рано, разбуженная упавшими на лицо солнечными лучами. Они проникали через окно, ставни которого она с вечера оставила открытыми, чтобы любоваться луной и звездами, густо усыпавшими темный небосвод. Всю ночь ей снились сказочные сны о единой счастливой семье с мужем и отцом у сына. Пробуждение было приятным и, понежившись некоторое время в теплых лучах солнца, Мейбл решила, что неплохо бы совершить утреннюю прогулку.
— Я уже поджидаю тебя, чтобы вместе позавтракать, — раздался голос Виктора."
"Обернувшись, она увидела, что тот расположился в тени навеса за небольшим столиком, накрытым белой скатертью и уставленным светло-зелеными фаянсовыми приборами.
Мейбл улыбнулась и направилась к столику. Она вдруг почувствовала, что голодна.
— Ты всегда завтракаешь так рано?
— Я вообще ранняя пташка, — заметил Виктор, нарезая булку. Один кусочек он положил на тарелку и принялся намазывать сначала маслом, а потом толстым слоем повидла, стоявшего рядом с кофейником в красивой фаянсовой вазочке.
— Надеюсь, ты не заболел?
— Нет, просто мне было о чем подумать. Налить тебе кофе?
— Да, пожалуйста, — кивнула Мейбл и, взяв хлеб, потянулась за повидлом, как оказалось абрикосовым, ее любимым.
