Продержались они недолго, а Слай оправдал свое прозвище «Чудовища Востока», расправившись с ними одним ударом. Смотря на это, уцелевший бандит понял, что он следующий на очереди, и из двух зол решил, что я — меньшее. Наивный.
Потому ринулся в мою сторону, беря разгон, собираясь просто снести меня со своего пути, но просчитался.
Взмах руки и золотистая дуга, пронеслась через его колени. Следующего шага он сделать уже не смог и повалился на пол, растеряв обе свои конечности.
Вторым взмахом руки, я отсекла и голову, не к месту вспомнив сказку про Царевну-лягушку на пиру у царя. Маши она руками как я, навела бы суматоху куда круче, чем озера и лебеди из рукавов. Ну и ассоциации у меня…
— Кто еще хочет попытать удачу со мной? — с обворожительной улыбкой поинтересовалась я у оставшихся и напряглась, услышав сбоку:
— Не двигаться, или я перережу ему горло! — шепеляво прокричал Мартин, держа в руках спящего Эйдана в качестве заложника, приставив к его горлу нож. Эйдан, все еще не открывая глаз, вновь всхрапнул и поморщился.
Я послушно замерла, как и Слайвер, судорожно думая, как поступить. Я способна убить мужчину в одно мгновение, но, если прицелюсь неправильно, могу навредить Эйдану. Уверена, Слай думает точно так же. Потому поступать опрометчиво мы не торопились.
— Если позволите мне сейчас уйти, я не трону мальчишку! — торговался Мартин и внезапно поморщился, перехватив Эйдана удобнее. — Я… Ай… Проклятье, что это такое? — заорал он, когда от Эйдана начал подниматься жар, как от раскаленного чугуна. Но Мартин продолжал упрямо держать мальчика, хотя было видно, как в местах соприкосновения он покрывается ожогами. — Да что за черт?! — завизжал он, когда рубашка на его руке внезапно воспламенилась. Однако среагировать секретарь не успел, и в одно мгновение вместе с Эйданом был поглощён вспышкой огня, которая с ревом поднялась до потолка, моментально сжигая секретаря заживо.
— Эйдан! — выкрикнула я, бросившись в его сторону и собираясь вытащить мальчика из этого марева, даже не подумав о том, что может случиться со мной от соприкосновения с этим адским огнем.
Но стоило мне приблизиться, огонь резко прекратился, а мне на руки упал совершенно голый, но невредимый ребенок. От Мартина же остались лишь угольки, который рассыпались по полу.
— Эйдан? — вопросительно посмотрела я в лицо сонного ребенка, который невозмутимо зевнул и лениво открыл глаза. Затем довольно рыгнул, выпустив клубы дыма изо рта и, причмокнув, с любопытством осмотрелся.