В глухих лесах ожидание не было чем-то обычным. Время тянулось медленно, будто замедлился ритм жизни за пределами этих отдаленных уther, каждый раз когда он приходил сюда без известных причин. Этот инстинкт продолжал манить, несмотря на годы привыкания к его бессознательным вызовам....
— Обычно я делаю заключение письменно, — начал он, — но принимая во внимание срочность этого дела… — Он открыл свой портфель, достал из него тоненькую папку и обернулся к Томми.
— Мистер Уоррен, вы не должны воспринимать это как неуважение к вам или оскорбление! Я на основании данных экспертизы делаю заключение, что в вашей психике присутствуют все виды отклонений, которые известны: временами наблюдается эмоциональная неуравновешенность, мания величия, которая без видимых причин может переходить в комплекс неполноценности.
Кэрол вздохнула с облегчением, но к ее радости примешивалось чувство возмущения… Ее раздражала полиция, Пол Миллер и вообще вся та государственная система, которая так легко и беззаботно может сломать жизнь человека.
Майра Кантрелл улыбнулась Грею:
— Это замечательная новость, Герберт. Мы вам очень благодарны! Вы все сделали так быстро!
— Я тоже хочу поблагодарить вас, — тепло сказал Томми.
— Вот видите, — Грей посмотрел на Томми, — слабая нервная система — это еще не смертельно.
Томми смущенно улыбнулся, обернулся к Майре и спросил:
— Что же мне делать дальше?
По выражению лица Майры Кэрол поняла, что адвокат торжествует победу. Несмотря на то, что она никогда открыто не признавала невиновность Томми, Кантрелл делала все возможное, чтобы он был оправдан.
— В ближайшие несколько дней, — сказала Майра, — я кое-кому осторожно намекну на положительные результаты заключения Герберта, опознания и отсутствие других улик.
— Я хочу только одного: вернуться к прежней жизни, — горестно сказал Томми. — Хотя бы настолько, насколько это возможно!
«Он имеет в виду Джилл, — грустно подумала Кэрол. — Наверное, это единственная потеря, которая больно ранит его сердце.
