Автор
В зловещей тишине отсутствия света и шторах, темнота навевает страх. Уютный холодок от выключателя лишь немного освещает эту гробовую комнату, заставляя дрожать под потускневшей ртутной лампой. Кровь стынет в жилах, а желание выпить кажется неотвратимым приговором к жизни....
— Недолго, Лика, — оставляет за собой последнее слово Сандр, — у тебя режим.
— Да ты заебал… — отец снова пытается к нему развернуться, но я проявляю молчаливое упорство, таща его за собой по лестнице.
Первое, что я делаю, оказавшись в комнате, это закрываю дверь понадежней.
Приваливаюсь к ней спиной, выдыхаю.
Отец стоит посреди комнаты, оглядывает обстановку, все еще очень недовольный.
Я осторожно присматриваюсь к нему.
Это чужой человек для меня, несмотря на наши объятия после моего плена. Я не знаю его характера, и за последние часы не удалось выяснить ничего существенного, кроме того, что он очень-очень тяжелый.
И как подступиться, как разговаривать с ним, таким?
— Лика, — к счастью, отец делает первый шаг, начинает разговор, — я ошибся… Привезя тебя сюда.
Да, блин…
Я хочу сказать, что это не так, но отец давит взглядом, безумно тяжелым. И тоном.
— Если бы я знал, что этот ублюдок… — он замолкает, отчетливо скрипнув зубами.
— Не надо так говорить про него, — хмурюсь я.
— Надо! — рычит отец, — я называю вещи своими именами! Ты — совсем еще маленькая девочка. А он… Ну, ничего. Разберемся…
Из его уст это “разберемся” звучит безумно зловеще и многообещающе, и я неожиданно начинаю злиться.
Потому что задолбали властные мужики уже!
Особенно те из них, что вообще слышать никого, кроме себя, не хотят!
— Нет, — жестко, слишком жестко даже для себя, говорю я, — ты не будешь с ним разбираться. Я его люблю. И мы вместе. Все.
— Лика, — отец, пару секунд удивленно поизучав мое гневное лицо, выдыхает и пытается все-таки в разговор.
— Так объясни, — киваю я, — давай присядем.
Мы садимся в мягкой зоне на кресла, отец закуривает, щурится на дым от сигареты, явно выстраивая в голове фразы.
Чувствуется, что ему непривычно это делать: уговаривать, спокойно объяснять свою точку зрения.
Помнится, когда мы в последний раз с ним виделись, он моего мнения вообще не учитывал. Тупо отправил туда, куда посчитал нужным.
А сейчас диалог пытается выстроить, надо же…"
"Может, если бы я тогда проявила упорство, не поехала, куда он послал, то ничего бы этого и не было…
На мгновение пытаюсь представить, что сейчас могла бы быть незнакома с Сандром… И как-то не по себе становится. Плохо и тревожно до дрожи.
Не хочу я без него!
— Лика, ты должна понимать, что ты сейчас — очень даже лакомый кусок. И Сандр изначально о тебе все знал. Потому и подсуетился.
