Ох, красота-то какая! Золота и серебра совсем немного, но орнамент великолепен. При всем великолепии отделки в первую очередь в глаза бросались хищные обводы. Едва взглянешь и сразу понимаешь: не для бравады и любования изготовлены, а для боя.
В футляре, отделанном изнутри черным бархатом, лежали два необычных двуствольных пистоля, с вертикально расположенными стволами и сравнительно небольших размеров. Вот только непонятно, как из них стрелять? При первом рассмотрении не видно ни курка, ни кресала, ни затравочной полки, как и самого кремня.
Петр взял пистоль в руки. Ничего так, лежит очень удобно. Одно из двух – либо под женскую руку делался, либо как раз под императора-подростка. Довольно легок, и в то же время, вскинув оружие, Петр почувствовал, что прицел держится уверенно, рука не дрожит. Отлично сбалансирован. А вот и целик с мушкой в наличии, что в значительной степени упрощает прицеливание.
Детально осмотрев оружие, Петр понял, что пистоль оснащен колесцовым замком. Причем взвод пружины производится не через торчащий наружу конец оси колеса, а через квадратное отверстие, куда вставлялся ключ. Кремень прятался внутри механизма, прижимаемый пружиной к колесу. Полка также спрятана, под откидной крышкой. Воспламенение заряда происходит не сбоку, а с казенной части. Подобным же образом устроено и со вторым стволом, разве только смещено ниже, а подсыпка пороха на полку производится через боковую дверцу.
Ничто не торчит и не выпирает. Такое оружие удобно носить даже под одеждой, а потом без помех извлечь, ни за что не цепляясь. Стволы тоже удивили. С одной стороны, очень маленький калибр, даже чуть меньше, чем на его пистолях. С другой – видны нарезы внутри. Получается, что, несмотря на свои малые размеры, оружие не уступит другим образцам ни по дальности, ни по точности. А может, даже и превзойдет их.
Правда, имеются у него и недостатки. Весьма серьезные, надо сказать, недостатки. Очень медленное заряжание, а как следствие – низкая скорострельность, раза в три, а то и в четыре, в сравнении с образцами, принятыми ныне. Сложный и капризный механизм, требующий определенных навыков и бережного обращения.
Расстроился ли Петр, осознав это? А вот ничуть! Ему это оружие не для баталий, а скорее для души. Ну, может, еще когда пригодится, припомнив того медведя, поправил сам себя юноша. Но, с другой стороны, если потребность возникнет, то для недруга скрытно носимое оружие будет самой настоящей неожиданностью.
