Вряд ли на лошадях, но если так, то это будет самым настоящим подарком. Лошадь по глубокому снегу бежать не сможет.
Бах! Вжью-у! Бах! Вжью-у! Бах! Хлоп! Спереди и справа вздыбливается фонтанчик снега. Да чтоб вам трижды опрокинуться! Вперехлест, в гробину! Выстрелы звучат из-за спины. Не иначе как гвардейцы бьют по нему, приняв за покушавшегося на жизнь государя.
– Не стрелять! Прекратить огонь!
Кричавший явно дальше стрелков, но зычный голос капитана Глотова звучит насколько властно, настолько и громко. Экий голосище у капитана. Если таким песни петь – одна радость и услада для души. Ага. Подумать же больше не о чем. Выстрелов уже не слышно, и на том спасибо. Вперед. Быстрее. Быстрее. Эх, еще бы палки. Но не пользуется ими мужик. А зря. Они подспорье великое.
Лежку он нашел, едва только достиг кромки леса, в примеченном месте. Так и есть, двое. Лежали один подле другого, шагах в десяти, устроившись под лапами елей. Нагло. Стрелять на такую дистанцию… Впрочем, в своих силах они были уверены. Мало того, от первой пули Петра спасла всего лишь случайность. От второй уже Алексей. Но обе должны были найти свою цель. А это значит, что стрелки они просто великолепные.
Как они смогли сюда подобраться-то? Опять гвардейцы? Спокойно. Не след повсюду видеть ворога. Вон они, те гвардейцы. Разве только не в рядок лежат. Все шестеро. Это что же за волки здесь были?! На миг у Алексея екнуло сердце. Выходить одному даже против троих ему не впервой. Но вот с такими бойцами, что вдвоем смогли взять в ножи шестерых, сталкиваться еще не доводилось.
Однако нерешительность владела им недолго. В груди заклокотала злость на свой испуг. От переполняющего азарта по жилам заструилась горячая кровь. За свою не такую уж и длительную карьеру экспедитора Тайной канцелярии он побывал во многих переплетах. Было дело, он в одиночку охотился за шайкой из шести разбойников. Мужичье, лапотники, не без того, но все же. Случилось ему пару раз и шпионов ловить. Один ловок оказался, паразит. Ушаков едва голову Алексею не оторвал, когда тот приволок вместо пленника труп. А что было делать? Или самому Богу душу отдавать, или его кончать. И без того с дырявой шкурой вернулся.
Пока в голове стремительно пролетали мысли, руки действовали самостоятельно. Деловито и вполне привычно Алексей сдернул с одного из тел патронную сумку и перебросил ремень через плечо. Потом выдернул из-за пояса капрала пару пистолей, обновил на полках порох и заткнул оружие за кушак.
