Автор
В мрачной комнате, где лишь мерцали свечи и скрипела полулежавшая Нелл на деревянном стуле, сердце ее сжималось от безысходности. За окнами неприветная ночная тьма напоминала о холоде беззвездного неба. Нелл поднялась к кровати своей сестры, готовая позвать отца в ответ на ее жалобные мольбы о помощи....
Он мог погубить ее, лишив целомудрия.
Да, маркиз чуть не наломал дров…
– Вот черт, – пробормотал он и, откатившись на край кровати, сел.
Обхватив голову руками, Лит попытался выровнять дыхание.
Он не смел взглянуть в сторону красавицы, опасаясь, что его благие намерения полетят к черту, если он снова увидит мисс Элеонору Трим.
В комнате установилась гнетущая тишина, которую нарушали только потрескивание дров в камине да приглушенный лай вышедшей на ночную охоту лисы, доносившийся снаружи из леса.
– Простите, мне очень жаль, – тихо, бесцветным голосом промолвила Нелл за спиной маркиза.
– Вам не за что извиняться.
Голос Лита прозвучал глухо, без тени нежности. Он и хотел бы смягчить тон, однако ему было трудно это сделать. Все силы маркиза ушли на то, чтобы справиться с возбуждением, взять под контроль свои инстинкты.
– Я не должна была позволять вам так себя вести.
Эти слова заставили Лита повернуться. Отрешенный взгляд Нелл был устремлен вверх и прикован к золотисто-синему узору балдахина над кроватью.
Она не застегнула лиф платья, но успела натянуть сорочку на грудь. Сквозь тонкое полотно просвечивали розовые соски. Лит сжал кулаки, пытаясь подавить сильное желание снова припасть к ним губами.
– Не говорите глупости, – грубо одернул он Нелл.
Впрочем, она была права. Нужно было остановить его, сам он этого сделать не мог.
– Беда именно в этом: я непроходимая дура.
– Не стану возражать. С вашей стороны было верхом глупости приходить в спальню мужчины посреди ночи.
Кровь отхлынула от лица Нелл, и оно приобрело пепельный оттенок.
– Я усвоила преподанный вами урок.
– Тем не менее мне не следовало дотрагиваться до вас.
– Не следовало… – как эхо, глухо повторила Нелл.
– Не надо брать всю вину на себя.
Она взглянула на Лита, в ее янтарного цвета глазах читалось выражение стыда.
– Вы – маркиз, а я никто.
Лит улыбнулся, хотя ему было невесело.
– Не говорите только, пожалуйста, что вынуждены были поцеловать меня, поскольку служите в моем доме.
– Нет, поцеловать вас меня вынудили не служебные обязанности, а собственная глупость, – заявила Нелл.
Маркиз вздохнул с облегчением.
