Автор
В объятиях страсти, как мятежник над красою Колючей розы, бросается в обморок от ее изысканной прелесть. Рука протягивается к ней, и сердце прижимается к губам цветка нетленного, а сладкий аромат вдыхается. Но острые шипы вонзились в его душу бунтарскую, оставляя горький след. Книга раскрывает трагическую историю страсти и алчности, где неистовый нежданный жертвой становится сам романтик....
– А может, тебе просто не хватает ума понять, что любовь сделает тебя сильнее, хотя бы потому что тогда не придется сражаться в одиночку?
– Любовь – это слабость, – спокойно возразил он. – Позволив женщине завладеть своими мыслями, мужчина подвергает опасности дело, которому служит. Любовь отвлекает от поставленной цели, и ему ничего не остается, как сойти с намеченного пути и бесславно умереть.
– Полагаю, ты мнишь себя целеустремленным человеком, – язвительно заметила Сирена. – А по-моему, ты перекати-поле, которое катится, куда ветер дует.
С грустной улыбкой Трейгер протянул ей поводья жеребца.
– Едва ли мы придем к единому мнению в этом вопросе.
– Это точно, – согласилась Сирена и, вскочив в седло, посмотрела на него сверху вниз и подумала, что зря отдалась ему в минуту слабости: возможно, ей придется сожалеть об этом всю жизнь.
– Прощай, Трейгер. Думаю, нам лучше расстаться здесь и сейчас.
– Сирена? – Трейгер схватил поводья. – Я не вернусь. Наверное, нам следует забыть об этой ночи, словно ее никогда не было.
С высокомерной улыбкой на губах Сирена повернула Кречета к дому.
– Я уже забыла. Сомневаюсь, что мне удастся вспомнить твое имя, когда наступит рассвет.
Трейгер не мог сказать точно, что именно вывело его из себя, но какая-то сила заставила его задержать Сирену.
– Меня не так-то легко забыть, – проронил он. – Я научил тебя страсти, и волей-неволей ты будешь всех сравнивать со мной. – Он взял себя в руки и продолжил более спокойно: – Когда другой мужчина заключит тебя в объятия, именно мое лицо предстанет перед тобой.
Она еще выше вздернула подбородок и насмешливо фыркнула.
– Какая самонадеянность! Может, ты и был первым, но никак не последним. Я отдалась бы любому, кто последовал сюда за мной. – Охваченная ребяческим желанием отомстить, она старалась, как можно больнее задеть его самолюбие. – Это мог быть Брендон или адъютант полковника. Видишь ли, сегодня вечером я была не более разборчива, чем ты.
Трейгер отшатнулся, словно от пощечины, и стоял, застыв, пока она не умчалась прочь. Черт бы побрал эту злобную ведьму! Как он мог позволить ей влезть себе душу? От такой только и жди беды. Хитрая бестия, которой ничего не стоит довести человека до крайности и оставить поджариваться на медленном огне. Трейгер выругался и принял твердое решение забыть Сирену Уоррен.
