В неприветливой окраине Чикаго скрывалась одна из самых запущенных и престижных аукционных комнат города. Ее готический интерьер со сводчатыми потолками вставал на сцену благодаря утонченным фрескам и люстрам, а тяжелые ковры слоновой кости придавали помещению еще большую роскошь....
Ты мне так нужна! Я никогда тебя не отпущу.
У нее перехватило дыхание, а на глазах выступили глупые слезы. Конечно, от перенесенной боли у него помутился рассудок. Но ни разу в жизни Шей не была так тронута.
Она ласково гладила его волосы.
— Теперь тебе от меня вообще не отделаться. Мы спаяны вместе, как…
— Вареный рис недельной давности?
— Замороженные остатки завтрака — не та романтическая метафора, которую я хотела найти. — Шей испугалась, когда он снова закрыл глаза, и осторожно его встряхнула: — Вайпер! Ты должен очнуться.
С очевидным усилием он произнес:
— Тебе нельзя здесь находиться. Слишком опасно.
Опасно? В пещере, битком набитой вампирами, алчущими ее крови? Ерунда.
— Не беспокойся. Я уже ухожу, — шепнула она.
— Да. — Он сжал ее руку. — Уходи сейчас же.
— Мы оба уходим. — Шей осторожно высвободила руку и прижала запястье к его губам. — Но сначала попей.
Она почувствовала, как его тело напряглось.
— Нет, Шей. Ты же против, чтобы я пил твою кровь.
Она нетерпеливо цокнула языком.
— Вайпер, мы заключили сделку. Кровь ради исцеления. У демонов Шалотт не принято нарушать клятву.
Он покачал головой:
— Беги, Шей. Они тебя убьют.
Она пожала плечами:
— Сначала им придется меня поймать.
Слабая улыбка коснулась его измученных губ.
— Тебе нужно это сделать, или мы оба погибли.
Он долго не сводил с нее глаз.
— Вот это упрямство, — сказал он наконец.
— Научилась у хозяина, — проворчала она.
И он укусил.
Глаза Шей стали огромными, и она содрогнулась. Ей вовсе не было больно.
Шей стиснула зубы. В ней нарастало знакомое волнение. О, она отлично знала, к чему оно ведет. С каждым движением губ Вайпера это восторженное состояние усиливалось, словно он был внутри ее, лаская самые потаенные уголки тела."
"Свободной рукой она зарылась в его волосы, теряя над собой контроль. Краешком сознания она поняла, что силы Вайпера быстро восстанавливаются. Движения губ сделались уверенными и жадными, и рука, сжимающая ее руку, налилась силой.
Сладкое напряжение достигло апогея, и Шей, зарывшись лицом в волосы Вайпера, сдавленно вскрикнула от радости освобождения. Черт возьми! Теперь она почувствовала головокружение и слабость. И еще, по правде говоря, некоторое смущение. Время и место вряд ли можно назвать подходящими для интимной интерлюдии.
