— А Андрей? — требует ответа Эля, не упуская возможность воткнуть мне пару игл под ногти.
— Мне он в правлении не нужен, — прямолинейно заявляю я. — Как управленец Белов никакой, просто признай это. Кишка тонка руководить таким гигантом, как «А-Трест».
— Он отлично справлялся до твоего появления! — гневно огрызается Элина, как обычно вступаясь за своего слабака.
— Белов справлялся, пока твой отец был жив. Посмотри фактам в глаза. Твой муж из тех, кто работает по указке.
— Напомню, что ты начал планировать отжать «А-Трест» еще при правлении отца, — яростно парирует Эля, продолжая обвинять меня во всех неудачах своего пустоголового мужа.
— Детка, а с чего ты взяла, что это был мой план? — спрашиваю бархатистым тоном и улыбаюсь, как хитрющий Чеширский кот.
— Что…? — она растерянно хмурится. Кажется, мне удалось поставить гневную фурию в тупик. Эля открывает рот, но не произносит ни звука.
— Я с самого начала говорил, что мое появление в холдинге никак не связано с желанием стащить с тебя трусики, — в очередной раз озвучиваю то, что мы уже не раз обсуждали. — Сама подумай. Стал бы я ждать десять лет, будь моей целью какая-то нелепая месть? Зачем? Не спорю, что ты здорово меня «уделала», и я был зол, обижен, раздавлен, но эти эмоции со временем угасли. Первая любовь редко заканчивается счастливым браком, и поверь, я не копил в себе злость целое десятилетие, чтобы потом в один прекрасный момент явиться, как ангел возмездия, и разрушить твою жизнь.
— Но ты сохранил купон… — недоверчиво косится на меня Эля.
— И что? — улыбаюсь с нескрываемой иронией. Мне чуточку льстят ее подозрения на мой счет. Это лишь подтверждает, как сильно ей бы хотелось быть моей навязчивой идеей, моей одержимостью и единственной страстью. — Я был без памяти в тебя влюблен, и несмотря на то, как некрасиво мы расстались, ты осталась самым лучшим воспоминанием.
Эля отводит в сторону взгляд, по привычке прячась в свою раковину, но по частоте ее дыхания я вижу, как она взволнована моими признаниями. Я тоже максимально обнажен сейчас. Мне еще никогда не доводилось говорить так откровенно, как в данный момент.
— Я думал о тебе, Эля. Часто думал. Признаюсь, что периодически заглядывал в твои соцсети, чтобы просто увидеть твое лицо и убедиться, что ты счастлива. И я не покривлю душой, если скажу, что ни одна другая женщина и близко не вызвала во мне тех чувств, что я испытывал к тебе. Но, детка, как и у тебя, у меня тоже была своя налаженная стабильная жизнь, и я не собирался ничего в ней менять.
— Тогда я тем более ничего не понимаю, — она поднимает на меня обескураженный задумчивый взгляд. — Ты на кого-то работаешь? Кто тебя послал?
— Эля, я сам могу послать кого угодно и куда угодно, — отвечаю со снисходительной улыбкой.