Автор
В оковах его власти — это интригующий СИ-автобиографический роман, где запах сливок и свежих цитрусовых лимонов придает атмосферу неприступной сладости. В дремоте вы можете проникнуть в мир чужой мечты - о любви, которую можно испытать лишь во сне. Но здесь нет роковой барьер, и нет тягостного сравнения со старшинством. Здесь молодость расцветает без гнета разумных границ....
Мы сидели только десять минут, но я уже понял: чем дольше ждешь, тем больше съезжаешь нахер в кювет своих бушующих эмоций. Стрелки очень медленно двигались. Очень. Словно ползли. Когда из отделения выбежала медсестра, уровень моей паники подскочил в разы. Я побежал ей навстречу, и сын подхватил общий поток сумасшествия.
—Как Беловы? — прокричал я, но она лишь рукой махнула и ускакала дальше.
—Все нахуй, я больше не буду ждать, — прохрипел Рус."
"Он развернулся и уверенно походкой потопал в сторону родзалов, но там его ждал сюрприз.
—Впустите, или я сломаю дверь.
Пришлось идти и оттаскивать его от двери.
—Ты понимаешь, что можешь Васю напугать? А если она слышит, что ты устроил? Успокойся! Ты своей жене нужен собранным, понял? — грубо припечатал сына к стене и грозно выдал ему самое адекватное, что было в моей голове. Паника тем временем плотно обхватывала кольцом. В первый раз я не волновался. Просто привез Азизу на роды и ждал, листая журнал.
—Понял.
Смахнув мои руки, Рус присел на корточки и начал кусать костяшки пальцев.
Я сел в той же позе рядом, вперяясь в часы, висящие напротив. Двадцать минут ждали уже. Ни привета, ни ответа. Персонал словно исчез, испарился. В приемной НИКОГО. Я догадывался о причинах. Они попросту боялись оставаться с нами наедине.
Ох. Может и не зря…
Когда дверь родильного все же отворилась, и я увидел врачей, на мгновение сердце остановилось.
—СПОКОЙНО! ВСЕМ ОСТАВАТЬСЯ НА СВОИХ МЕСТАХ. ОБЕ РОДИЛИ, МЛАДШИЙ БЕЛОВ — У ВАС ДЕВОЧКА ТРИ ДВЕСТИ И СТАРШИЙ БЕЛОВ — У ВАС ДЕВОЧКА ТРИ ЧЕТЫРЕСТА. ЗДОРОВЫЕ ДЕВОЧКИ, МАМЫ ОГОНЬ, А ТЕПЕРЬ Я УХОЖУ. ВСЕЕЕ. НИКАКИХ ВОПРОСОВ. ЧЕРЕЗ ЧАС ПРИВЕЗЕМ ЖЕН. ПО ПАЛАТАМ БЫСТРО! Третья и вторая соответственно.
Он шел и говорил, а мы с сыном за ним плелись как две собачонки. ОБЛЕГЧЕНИЕ затопило тело до краев, я лыбился как умалишенный. Бросив беглый взгляд на сына, понял, что он тоже как клоун сейчас тянул моську.
—А как они? — еще раз переспросил Рус.
Но врач лишь нервно вздохнул, а когда дошел до своего кабинета, развернулся и серьезно заявил:
—Когда вы только начнете планировать вторых, позвоните мне. Я сменю клинику на год.
Это было грубо. Не будь он светилой, я бы приложил его о стенку. Но у меня были совсем другие дела сейчас. Я пошел в сторону палат вместе с сыном. Он зашел в третью, я — во вторую, ожидая самую главную встречу в своей жизни.
