Фокин беспокоится о своей карьере, пытаясь сбить с трекла начальства. Он нервно перебрасывает бумаги и мышкой по клавишам компьютера, пока я его раздраженно наблюдают. Вот он вновь находит мое недовольное взглядом - резко отключает все. Я учуствуя необычайное напряжение, как только понимаю, что именно приводит к этому взрыву нервов....
Нам хватало недели, чтоб уяснить, где касса, и узнать, насколько хорошо все с безопасностью. Обычно было до смешного… Смешно. В таких местах очень много нала всегда. И этот нал проходит по-черному.
Специфика сферы. А потому суммы скапливаются приличные. И очень часто эти суммы просто лежат в кабинете главбуха или директора. Какая инкассация, о чем вы?"
"Отследить и выловить момент, чтоб все взять – вообще несложно. И потом исчезнуть в ночи. Проще простого.
Обычно.
Искали своими силами, если было, кого.
В глубинке порой даже в самых пафосных клубах не стояло банального видеонаблюдения. И доказать тогда вообще ничего не могли.
Документы наши с Максиком , поддельные, само собой, могли быть использованы несколько раз, в разных регионах. Потом менялись.
Бывало, что мы придумывали что-то еще. Максик зарабатывал на гонках, его малышка умела делать такие финты ушами, что у бывалых зрителей челюсти отъезжали.
Я могла с удаленки редачить и вести сайты, и делала это. Тоже заработок.
Но небольшой. Непостоянный. А нам надо было постоянно. И много.
Лечение и содержание в приличном доме инвалидов недешевое, знаете ли. Много бабок туда уходит.
Да и жизнь дорогая.
Конечно, у нас были планы. Максик хотел открыть свое дело, автомастерскую для гоночных тачек. Я хотела раскрутить парочку интернет-магазинов… Но для этого нужно было время.
Потому что всякие не особо хорошие дела мы проворачивали нечасто. Раз в полгода, а то и реже.
Постоянные переезды, постоянный страх, что найдут, что выловят…
Надо было заканчивать.
Мы уже договорились. Внесли заранее серьезную сумму на счет дома инвалидов, чтоб матери было комфортно там. Пусть она нас не узнает. Но мы -то ее помним. Это самое главное.
Дело, которое должно было стать нашим последним, по закону подлости реально оказалось последним.
Засветились мы конкретно, конечно.
А все почему?
А все потому, что эмоции.
Эмоции, чтоб их!
Нельзя эмоционировать, никогда! Только хуже от этого.
Но не получается.
Про малолетнего утырка, Валерика Росянского, слухи среди официанток ходили плотные. И как он девчонок спаивает и потом со своими дружками издевается, и как даже и не спаивает… Но слухи – слухами, а подтвержденных-то данных не было.
