Фокин беспокоится о своей карьере, пытаясь сбить с трекла начальства. Он нервно перебрасывает бумаги и мышкой по клавишам компьютера, пока я его раздраженно наблюдают. Вот он вновь находит мое недовольное взглядом - резко отключает все. Я учуствуя необычайное напряжение, как только понимаю, что именно приводит к этому взрыву нервов....
Или учиться сдерживаться… Или не сдерживаться. И тогда жить в другом месте, с казенной едой и четкими планами на завтрашний и последующие дни.
Это я просек еще по молодости, когда всякую дрянь творил.
И начал за собой следить. Осознанно.
Конечно, пару раз срывало, куда же без этого…
Последний такой срыв как раз перед разводом произошел. Собственно, потому развод и случился.
Как следствие.
Ну да ладно.
Телефон зазвонил как раз, когда я убирал кожаные перчатки в специальный пакет, чтоб потом утилизировать.
Конечно, непорядок, надо бы сразу, но сразу мы не смогли.
Только завершили разбираться с прокурорским сынком, ехали как раз чиститься и все прибирать, как позвонила сначала девочка Виктора, от одного воспоминания о которой он сразу терял контроль, и мы сорвались к ней.
А потом, уже в дороге, ему еще позвонили.
И сообщили, что его девочка арестована по приказу его же отца.
И надо было видеть эти белые выцветшие глаза.
Естественно, меня никто в подробности не посвятил, но мне и не надо. Достаточно знать, что сейчас там, в доме родителей моего приятеля, дико напряженно.
И готовиться страховать в случае чего.
И вот теперь я спокойно собирал все улики, которые могли бы нас связать с неприятной историей, в которую влетел прокурорский сынок, Валера Росянский. Тот еще маньяк.
Конечно, надо бы здесь все делать в рамках закона, но… За столько лет службы в полиции я насмотрелся на дикость и бред, творящиеся как раз в рамках закона. А еще не сосчитать разваленных бабками дел, когда потом те твари, которых ты с поличным брал, при встрече с тобой на улице нагло скалятся в лицо.
Любое терпение подходит к концу.
Вон, хотя бы у жены моей бывшей спросите.
Валера Росянский реально перешел все границы дозволенного. Я охотно поверю, что он был не в курсе, чью дочь и сестру пытался поиметь, но это вообще не извиняет.
У прежних его жертв не было богатых родителей и родни в конторе.
И где теперь эти девушки?
Ни одного доказанного эпизода.
Два заявления, которые потом пострадавшие забрали из полиции.
Так что… Закон - это, конечно, отлично.
Да.
Но своими силами - оно как-то надежней.
Короче говоря, как раз чистил я за собой и за Виком, убирал перчатки и орудия возмездия, когда зазвонил телефон.
Майор Плотницкий, мой зам. Доверенный зам.
- Товарищ подполковник, тут такое дело… Ориентировка пришла на приору серую, ту самую, что у нас в отстойнике стояла. До утра сегодняшнего. А еще на брата и сестру Курагиных.
- Откуда?
- Прокуратура.
