Фокин беспокоится о своей карьере, пытаясь сбить с трекла начальства. Он нервно перебрасывает бумаги и мышкой по клавишам компьютера, пока я его раздраженно наблюдают. Вот он вновь находит мое недовольное взглядом - резко отключает все. Я учуствуя необычайное напряжение, как только понимаю, что именно приводит к этому взрыву нервов....
Если у вас еще есть вопросы…
Росянский встал, развернулся к двери, но потом резко развернулся и, перегнувшись через стол прошипел тихо, практически на грани слышимости:
- Ты, Волгин, думаешь, спрятал своего сучонка, и я теперь его не найду? Найду, сука. И его, и тварь эту, которая сына моего подставила. Ты же понимаешь, что они сядут? По прежним делам сядут, которые мои люди уже роют. Они наследили, и много. Так что надолго не спрячешь. Я до них в любом случае доберусь. А потом буду ходатайствовать в СБ, чтоб твою шарашкину контору проверили.
- Господин прокурор, попрошу вас не мешать мне работать. Если у вас все, то до свидания.
Я смотрел на искаженное яростью лицо прокурора и думал, какая цель у этой твари. Ну, понятно, меня вывести на эмоции, заставить напасть, потом скоренько дело, отстранение и прочие прелести. Пока я прыгаю, как раз есть возможность прошерстить связи и найти Курагиных.
Сам подставляется, надо же.
Неужели, больше некому?
Интересно…
Но кроме этого, должны быть еще цели.
Договориться? Прощупать?
Совсем отчаялся?
Все может быть.
Младший Росянский в больнице все еще не пришел в себя. По прогнозам – будет инвалидом. Жалко мне его? Нихера. Такие твари не должны умирать. Они должны жить и мучиться.
В принципе, я понимал старшего Росянского. Единственный сын, пусть уебок и тварь. Но родная кровь, тут никуда не денешься. Но, с другой стороны, сам прокурор очень даже качественно в области повеселился. И, если б не толстая и волосатая лапа в столице, хрен бы задержался.
У меня на него данных – на несколько томов. Но доказуха не железная, ее можно опровергнуть."
"Учитывая, что у нас дела с железной доказухой разваливают в суде внаглую, то тут без вариантов.
А потому пришлось терпеть. И ждать.
Вот, похоже, дождался.
Интересно, насколько у него чувствительный микрофон? Его слова пишет? Или он отключил?
Вообще, глупый поступок. Отдает отчаяньем, точно.
- Бывай, Волгин.
Прокурор вышел за дверь.
Я посидел, подумал.
Вышел в коридор, заглянул в соседний кабинет. Там как раз мой заместитель занимался сшиванием дела. Поднял на меня взгляд. Кивнул.
В курилке никого не было, но разговаривать все равно следовало с осторожностью.
- Видел?
- А то!
- Кабинет посмотри потом.
- Даже так?
- И по делу Росянского… Когда готово будет для передачи?
- Согласно установленным срокам.
- Ага. Дополнительные факты?
- Имеются.
- Приобщи. И… Проследи.
