В плену желаний — роман о ревнивой медицинской сестре из Тулы, которая начинает наблюдать за своими пациентами через приоткрытую дверь приемной и внедряться в их жизни, пытаясь выяснить истинные причины посещения больницы. Сочувствие персонажа и натянутость ее отношений к окружающим создают интригующую атмосферу романтической драмы в стенах городской клинической больницы №7....
Возбужденное достоинство упиралось Вере прямо в живот, и она, немного придя в себя, обхватила его рукой и нежно сжала. Заскользила по всей длине, задерживаясь большим пальцем на головке. Олег глухо прорычал от удовольствия, чувствуя, что разрядка вот-вот наступит.
Она нежно массировала напряженный, твердый член, и Олег не выдержал, начал двигать бедрами, задавая нужный темп и уже через несколько мгновений издал надрывный, почти звериный рык, изливаясь на пол. Тысячи иголок пронзили каждую клетку насквозь, унося в кипящий водоворот запредельных эмоций.
Московская область. БО «Васильки»
Войдя в комнату, Громов лишь мельком взглянул на висевшую в углу камеру и прошел в ванную, увлекая Ирину за собой.
— Ир, че ты творишь, а? Я же просил тебя не нарываться, — возмущался он.
— Да? — удивиласьона, презрительно взглянув на своего спасителя. — А какое право ты имеешь о чем-то просить меня?
Тимур шумно выдохнул.
— Услышь меня, пожалуйста, не дразни Бушина, — проговорил Громов и, подойдя ближе, чуть встряхнул ее за плечи. — Чем больше ты сопротивляешься, тем больше он над тобой издевается, неужели не понятно?
— Не трогай меня, — рассерженно прошипела Ира, поморщившись от боли — порезы на спине неприятно саднило.
— Я помню, мерзкий тип. Да, я именно такой, — резко сказал Тимур и, развернув ее к себе спиной, скомандовал: — Стой здесь.
Открыв шкафчик над раковиной, достал нужные медикаменты и разложил их на столешнице.
— Что ты делаешь? — поинтересовалась она, наблюдая за его действиями через зеркало.
— Сама не видишь? — огрызнулся Тим. Его задевал тот факт, что Ира считала его мерзавцем. Он и так делал все возможное, чтобы облегчить ее пребывание здесь, но не мог рассказать ей правду.
Она зло посмотрела на него и крепче прижала руки к груди.
— Не шевелись, — приказал он, смочил вату перекисью и аккуратно приложил к царапине на спине. Она вскрикнула от внезапной боли, кожу на месте рассечения нещадно жгло. Тимур, поддавшись порыву, подул на рану, чтобы хоть как-то смягчить ее страдания.
Ирина озадаченно следила за тем, как осторожно он обрабатывает ей ссадины, и поражалась происходящему.
