Да и какое теперь это имело значение? Срубивши голову, по волосам не плачут… Романова сама выбрала свой путь — вопреки обстоятельствам, быть рядом с Тимом — и ни за что не свернет с него, не позволит никому разрушить их пока еще очень зыбкое счастье. Сглотнув горький ком в горле, она нацепила дежурную улыбку и повернулась к Карине.
— Какое мне дело, где он справляет нужду, если любит он меня?
— Да ты… — Базанова была возмущена до глубины души и никак не могла придумать достойный ответ.
— Ну чего ты добиваешься?
— Оставь Громова в покое, он мой!
— А если нет?
— Ты об этом пожалеешь, я тебя раздавлю.
— Ты мне что, угрожаешь?
— Предупреждаю.
— Слушай меня сюда, — не выдержала Ира, даже ее ангельскому терпению пришел конец. — Я тебе уже Бушина оставила, вот и наслаждайся! И не смей больше ко мне приближаться, не то я сама тебя раздавлю!
— Да ты охренела! — воскликнула Карина и удивленно округлила глаза.
— Вон пошла! — рявкнула Ирина и открыла перед ней дверь.
— Сука, — прошипела Базанова и пулей вылетела в коридор.
— Не захлебнись!
Закрыв дверь на ключ, Ира прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза. Нечасто она показывала коготки, совсем не хотела ввязываться в открытый конфликт, но сейчас ей было, что терять, — она защищала свое счастье, свою любовь. А секс с Кариной едва ли можно назвать изменой, ведь Тим изначально об этом говорил, да и ей вскоре придется спать с другими мужчинами… «Просто нужно попытаться принять это как данность и не заострять внимание на пустяках», — подумала она.
— Ириш, ты чего? — взволнованный голос Громова вывел ее из раздумий.
Романова вздрогнула от неожиданности и резко распахнула веки. Сердце встрепенулось, а тепло привычно разлилось по венам. Его нежный, полный тревоги взгляд разбивал все сомнения в прах. Главное — они вместе и любят друг друга.
— Ничего, — отмахнулась она и, улыбнувшись, провела ладонью по гладко выбритой щеке, переключая внимание Тимура. Ей совершенно не хотелось выяснять отношения — все равно ничего изменить было нельзя.
— Я слышал голоса. С кем ты разговаривала?
— Да так, ни с кем…
— Ир, — серьезно произнес Громов, перехватив ее запястье. Он осознавал, что лучше все выяснить сейчас, чтобы между ними не осталось недосказанностей, иначе потом наберется целый клубок проблем, выпутаться из которого будет непросто.
— Карина приходила, — Ира сдалась под его напором.
— Что хотела?
— Да ничего, желчью поплевалась и ушла.
— Все хорошо? — спросил Тимур, заглянув в небесно-голубые глаза. Ирина была взволнована, но упорно не хотела говорить об этом.
— Хорошо.
— Уверена?
— Да.
— Иди ко мне, я уже соскучился, — хрипло прошептал он и, проведя ладонью по ее талии, развязал пояс халата.