В поисках Оюты — это эмоциональное СИ-чудо. Яркий красочный мир с холодными морозами и зажигательной атмосферой, где каждая встреча дышит верностью и любовью. Животик под руку молчит, а тонкий лед трескается на маленьких осколках при каждом шаге, напоминая о замерзших улицах города....
Придерживаясь за плечо Шу, я все время пыталась разглядеть, что там впереди. Мое испуганное до полусмерти воображение рисовало человеческие силуэты, которые, стоило подойти ближе, развеивались или обращались в мусорные узкие контейнеры или одиночно стоящие осветительные столбы с разбитыми прожекторами.
Наконец, мы остановились у высокого металлического щита. Шу спустил меня на носки своих здоровенных армейских сапог и обнял за талию. Но его рука тут же сползла ниже и замерла на моей ягодице. В иной ситуации я уже надавала бы оплеух этому наглецу, но сейчас было не до моральных принципов.
— Вы, господин ШуЭхор, казались мне воспитанным и деликатным, — только и смогла что фыркнуть.
— Из кожи вон лез, малыш, как старался, — хмыкнул он. — Аж курил от натуги. Как итог — я весь такой культурный паинька был послан куда подальше со своими высокими чувствами. Вот всегда знал — нечего из себя строить того, кем ты не являешься. Чревато обломом.
Мужская ладонь сжала мои прелести сильнее.
— Шу, — прошипела я, — не наглей.
— А ну, тихо, женщина, — рыкнул он и выставил перед моим носом указательный палец.
Естественно дело, я замолчала, не дура же в таком месте и в такое время разборки наводить. Лучше потом ему все припомню, когда расслабится.
Перед нами раскинулась узкая посадочная платформа, от которой, словно зависшие в космической невесомости широкие мостики, отходили не самые практичные погрузочно-разгрузочные перроны. В неясных сумерках четко вырисовывались очертания с десятка кораблей. Не привычные мне огромные межпланетные фрегаты или крейсеры, а более легкие частные межзвездные катера.
Шу не двигался, ждал. Справа пространство озарила вспышка. Послышались крики. Они приближались.
— Так, что-то мне эта музыка не нравится, — проворчал гурсан. — Луиза, на мою спину бегом.
— Что не так? — всполошилась я.
— Кажется, твои знакомцы настойчиво прогрызают себе путь на платформу.
— Там группа марионера и парня с Энцелада, — спохватилась я.
— Ага, свои, значит, — Шу передернул затвор бластера, и шкала заряда изменила цвет, став ярко-оранжевой.
— Я поняла... поняла... — трясясь от страха и возмущения, неуклюже обняла его со спины и запрыгнула сверху, повиснув на мужчине обезьянкой.
