В разводе. Бывшие любимые — читать онлайн бесплатно полностью

Выбей мне на сердце печать того, что я сделал тебе больно, выбей её словами. И такими, чтобы я твою боль чувствовал всегда и помнил о том, что нет ничего хуже чем жизнь без тебя.

Эпилог

Олег

Декабрь

— Ооооо, ты видел, как перекосило Лукину? — с жаром прошептала Вика, утыкаясь меня носом в ворот пальто. — Ооо, Олег, ты видел, как её перекосило?

А сейчас она зло хохотнула и запрокинула лицо к снежному небу.

— Я видел, потому что ты взяла эту награду. Самый. Быстрый стартап двадцать пятого года, — усмехнулся я и притянул жену к себе поближе, хотя официально не жену, хотя официально мы все ещё были в разводе, и некоторые прям так удивлялись, как это так мы в разводе, а все равно вместе.

Объяснять было долго и лениво, мне уже было плевать в разводе мы, в браке. Потому что я боялся и трясся каждый день от того, что может что-то измениться, от того, что я могу что-то не так высказать, я могу что-то не так сделать.

Я получил самую лучшую прививку от любого рода предательства.

Без неё полгода.

— И тебя не смущает, что это я взяла первое место, — спросила Вика, поднимая на меня глаза.

Я улыбнулся. В её зрачках блестели фейерверки и салюты. Переливалось северное сияние.

Нет, меня не бесило, что она взяла первое место, я ей гордился."

"Я гордился этой маленькой хрупкой женщиной, которая танцующей походкой поднялась на сцену и забрала тяжёлую фигуру, которая свидетельствовала о том, что за этот год лучший бизнес проект принадлежал ей.

Я видел, как она нервничала перед этой премией, я видел, как она переживала.

Иногда, не зная, как правильно себя вести, вылетала ко мне в спальню в одних маленьких безумно крошечных кружевных трусиках, упирала руки в бока, топала ножкой и говорила:

— Нет, но, с другой стороны, кто, кроме меня, может взять её?

Я щурил глаза, качал головой.

Кроме неё никто не мог взять.

Она была ужасно сильной и невероятно слабой, той самой, которую мама в пять лет поднимала на руки во время снегопада в декабре.

Той самой, которая, стискивая зубы, выбиралась из отчаяния и боли после выкидыша.

Той самой, которая ещё летом сидела у меня в квартире на Пархоменко и, давясь собственной болью, дарила мне шанс.

Другая бы не смогла, сил бы не хватило.

Другая бы испугалась.

А моя Вика смогла.

Я почему-то в один момент понял, что по-прежнему оставался для неё самым главным человеком, самым мужественным человеком, самым сильным. Но чтобы понять это, мне пришлось полгода самому жить в аду и её вести по нему.

И за это я себя ненавидел.