Уж где, а рядом с Яриком было до безумия приятно: вдыхать его запах, нежиться в теплых объятиях, перебирать локоны волос. Если это не счастье, то, что тогда?
Поэтому и желание познакомить Ветрова с бабушкой как-то само собой возникло. А когда Ярослав выдал, что он впервые в жизни пойдет знакомиться, Настя вообще засветилась. Ей нравилось ощущать себя особенной, в чем-то первой. Вот у нее он первый во всех отношениях. А она у него выходит во всех серьезных моментах. И это был очередной повод улыбнуться.
Домой поехали не на автобусе, а на такси. По пути купили тортик, и черный листовой чай с сушенными фруктами. Настена говорила, что это лишнее, но Ярик настоял. Ему было неудобно идти налегке. Правда, у самих дверей, Ветров занервничал. Пару раз спросил, нормально ли он выглядит, а какие стоит вопросы задавать, какие нет.
Однако по итогу бабушки дома не оказалось.
— Странно, — удивилась Настя, разуваясь. Ярослав стоял в проходе, на маленьком черном коврике.
— Ну, может и вышла, ладно! — скомандовала Настена. — Заходи. Пока чай заварим, тортик порежем. Она придет, а мы ее с порога на кухню.
— Как скажешь, — Ветров кивнул, снял с себя верхнюю одежду и завернул на кухню. Сел скромненько на стул, оглянулся внимательно, будто изучал каждый сантиметр. Волнуется, подумала Настя. И так приятно стало, значит ему не все равно. Хороший знак.
— Кушать хочешь, Ярик?
— Если честно… наверное, нет.
Настена помыла руки, включила чайник. Полезла в шкафчик за посудой. Иногда поглядывала на Ярослава, но он почему-то молчал. Хотя обычно болтает без умолку, шутки и истории разные рассказывает. Тут же, словно в рот воды набрал.
Когда Настя залила кипяток в заварник, порезала тортик, решила попробовать растормошить озадаченного парня. С таким настроением он точно далеко не уедет. Да и с бабушкой будет сложно сладить. Поэтому она подошла ближе, хорошо его ноги были широко расставлены.
— Ярик? — заботливо позвала Настена. Положила руки парню на плечи, а он как испуганный котенок вдруг поднял голову и уставился, да так завороженно, с таким обожанием, что ноги у Насти едва не подкосило.
— Я ведь бабушке смогу понравиться? — немного смущенно спросил Ветров. Его ладошки скользнули на талию Настены. От горячих мужских прикосновений по спине побежала волна мурашек.
— Ну мне же понра… — фраза вылетела на автомате. Стыдно так стало. Неудобно.
— Да? — тут Ярик словно ожил. Заулыбался, да игриво так, был бы хвостик, то точно бы завилял. И куда все волнение подевалось.
