Он, на самом деле, видел в этих ее фразах, зажатости, что-то чертовски милое.
— После четвертой пары пойдем в библиотеку, Ярик? — уже более решительно спросила Калашникова.
— Конечно, моя Лаоши*. (пр. с кит. учитель)
Еще пару минут они простояли в обнимку. Потом в коридоре послышались шаги, голоса, и Настя снова начала пытаться вырваться из объятий. Тут уже Ярослав удерживать ее не стал. Сам понимал, пара начинается. Однако так хотелось постоять еще немного. Впервые в жизни он испытывал подобное состояние, когда человека безумно мало.
В итоге Ярик проводил Настю до самых дверей. Помахал ей ручкой, а потом и сам пошел на занятия. Без всякого желания, зато с отличным настроением. За спиной точно крылья выросли.
Когда встретил Тему, моментально все выложил. Нет, про ночь любви не рассказывал, неправильно таким делиться. А вот про то, что они с Калашниковой теперь вместе, утаить не смог. Конечно, поблагодарил друга, обещал даже проставиться. Без его помощи ходили бы они с Настей долго, думали много, а там глядишь и не сошлись бы.
После четвертой пары, Ветров уже сидел в библиотеке. Повторял материал, хотел блеснуть перед своей Лаоши. Но стоило только Калашниковой появиться, как все из головы ускользнуло. В мыслях ничего кроме телесных желаний не осталось: поцеловать, обнять, снова поцеловать. Одним словом — сконцентрироваться было сложно.
Зато время сегодня летело особенно быстро. Вот вроде только сели, а уже вставать. За окном стемнело, и Насте начала названивать бабушка. Сперва Ярослав даже напрягся. Думал, может опять Коля. Хотел уже затребовать телефон и поговорить с этим горе-другом.
— Мне домой пора, — заторопилась Калашникова, после второго звонка из дома. — Ба, наверное, скучает там одна, сидит. Или наделала котлет. Ждет меня.
— Жаль, ну… в плане, приятно, что тебя ждут. Жаль, что уже прощаться надо.
— А хочешь, я вас с бабушкой познакомлю? — неожиданно предложила Настя. Ярослав захлопал глазами, растерялся немного. С родственниками девушек он никогда не знакомился. Обычно отношения у него были мимолетными, поэтому о таких вещах он не думал. Здесь же, все вроде как наоборот. По идее, надо бы познакомиться. Но было боязно.
— Я… даже и не знаю, — пожал он неуверенно плечами.
— Ну ладно, если надумаешь, скажи, — не стала настаивать Настя. Она вообще своим поведением ни капельники не напрягала. Другие бы на ее месте начали убеждать, искать аргументы. А Калашникова лишь улыбнулась. И Ярик понял, что как-то нехорошо выходит.